Ураган в наших отношениях была я. И, видимо, поэтому на контрасте я тут теряюсь, как школьница.
— Да господи! Отпустите! — снова врываюсь в реальность, а дыхание отчего-то рвется. — Вы неправильно меня поняли.
— Я всё правильно понял. Прекрати! — рычит Богдан и зарывается в мои волосы. Прижимает к себе теснее и впечатывается в губы. — Чай не хочу, долгих прелюдий тоже, — хрипит в мои губы, касаясь их. Каждое его слово, как маленький поцелуй.
Ой, мамочки, я снова плыву. Ноги подкашиваются. Как у него это получается? Отключает меня за секунду.
— Здесь тебя хочу, — слегка прикусывает мою губу. — Сейчас. Возле этой стены.
Самое поразительное, что я тоже хочу. Вот прямо сейчас мое тело волной жара, дрожью, сладко сжимающимся спазмом в животе говорит мне, что тоже хочу. Но…
— Богдан! — вскрикиваю, чтобы он меня услышал, и уворачиваюсь от его наглых губ. — Я не для этого тебя пригласила! — перехожу на «ты». Имею право, после того как он пытался засунуть в меня свой язык. — Отпусти! — требую. Потому что еще минута, и моя дурная голова отключится окончательно.
Но он не отпускает. Его наглые ручищи уже задирают мою юбку.
— Хватит ломаться, Монро, сама же инициировала."
"И этот гад дёргает меня за волосы в порыве страсти, впивается в мою шею, оставляя засос. Я точно знаю, что будет засос. Кожа у меня белая и очень чувствительная. А его рука уже ловко подбирается к груди, сжимая.
И вот как мне его оставить сейчас?
А вот так!
Размахиваюсь и залепляю Богдану звонкую пощёчину. Такую, что сама себе отбиваю ладонь.
Ну не хотела я его бить. Так получилось. Зато сразу всё всем понятно. Богдан отстраняется от меня и отходит на пару шагов назад, потирая щеку.
Не зря говорят, что просить можно сколько угодно, а ударить – как-то надёжнее.
— Ты нормальная? — возмущенно спрашивает он.
А я даже возмутиться сейчас не могу. Сама же напросилась.
— Очевидно, что нет, — истерично смеюсь. — Если я сказала «зайдем на чай», значит, на ЧАЙ, — громко выделяю последнее слово. — У меня к вам дело или предложение, или… В общем, пойдёмте пить чай, — поправляю юбку, прическу и гордо иду на кухню.
А у самой ноги до сих пор ватные, и гребаные бабочки в животе порхают. Мужчина-то меня заводит.
Соберись, тряпка!
Рано поплыла!
Убеждаюсь, что ключи у меня в кармане и сосед не сбежит.
Как ни в чем не бывало ставлю чайник, вынимаю из холодильника вишневое варенье и печенье. Ставлю всё на стол под пристальным взглядом Богдана, который проходит на кухню.
