Посмотрев на часы, он заторопился на выход. Сегодня намечалась еще одна встреча, от которой он очень много ждал.
* * *Маркелов привык четко классифицировать своих людей: относя их к гласным или негласным информаторам, на доверенных лиц и оперативных контактеров. Самгин Иван Гурьевич не подходил ни под одну классификацию. Отношения у них были больше дружескими, чем деловыми. Встречи носили эпизодический характер и были весьма кратковременные, но информация, которую он предоставлял, всегда была важной и достоверной.
Тот редкий случай, когда она не нуждалась в перепроверке.
Иван Гурьевич был приглашен в аппарат Лубянки из экспертно-криминалистического управления, где сумел сохранить связи. Именно это обстоятельство позволяло ему выполнять небольшие поручения Захара, что давало ему возможность жить очень даже безбедно и пятнадцать дней в году со всей семьей из пяти человек отдыхать где-нибудь на берегу южного моря. Подобные вещи полагалось ценить.
В кабинете Беляева Маркелову удалось обнаружить отпечатки пальцев, и он попросил Ивана покопаться в базе данных.
Встреча была назначена на два часа дня в конспиративной квартире. Захар волновался, ожидая результата. Конспиративная квартира находилась в небольшом доме сталинской постройки, расположенном в глубине тихого дворика, засаженного американским кленом и боярышником. Место спокойное и тихое, оно исключало большое количество случайных наблюдателей, что немаловажно в оперативной работе.
Подходя к подъезду, Маркелов заметил двух бомжей, один из которых обстоятельно разливал водку в пластиковые стаканчики.
Им было хорошо. Двор тихий, жильцы престарелые, гонять их было некому, а потому в зарослях американского клена они чувствовали себя весьма комфортно.
Соседями Маркелова по лестничной площадке были весьма престарелые жильцы (что само по себе благоприятный фактор!): бабулька лет девяноста, которую хватало лишь на то, чтобы доползти до туалета и вернуться на диван; да глуховатый дедок, который любил смотреть сериалы, включив телевизор на полную мощность.
Так что нечастое появление Захара ни у кого здесь не вызывало удивления. А потому он мог безбоязненно ковыряться в замочной скважине, не опасаясь, что его приход может вызвать прилив шпионского энтузиазма. Даже если бы он заявился на явку с шумной ватагой приятелей, то вряд ли был бы услышан.
И все-таки не мешало как следует осмотреться. Маркелов остановился, постучал пальцами по ноздрям и втянул воздух. Ненадолго задержал дыхание.
