Люди, находившиеся в этой комнате, чувствовали свою полную защищенность и изолированность от внешнего мира, совершенно не подозревая о том, что дюжина миниатюрных управляемых телекамер, замаскированных в картины, бра и даже в потолок, позволяют увидеть гостя во всех положениях и способны зафиксировать на его лице малейшее движение. По углам комнаты была встроена звукозаписывающая аппаратура, которая включалась в тот момент, когда человек начинал говорить.
Взглянув на часы, Маркелов поднялся. Пора!
Довольно странно, что начальник планового отдела не подозревал об этой комнате.
Ведь ему были известны куда более значимые секреты. Захара неожиданно обожгла мысль о том, а что, если вдруг где-нибудь в офисе находится точно такая же комната, о существовании которой он тоже не подозревает? От подобного предположения Захару сделалось жарко. Случалось, что в сердцах Маркелов нелестно отзывался о Беляеве, — тот хоть и толковый руководитель, но в человеческом плане далеко не ангел! И все эти записи, возможно, находятся где-нибудь у генерального в тумбочке письменного стола.
Но ведь не проверишь!
Кабинет начальника планового отдела располагался в противоположном конце коридора — сто двадцать четыре шага, если идти спокойным шагом. Отсчитав сотню шагов, Маркелов постарался придать своему лицу равнодушный вид, — ничто не должно свидетельствовать о внутреннем напряжении.
Негромко постучавшись, Маркелов перешагнул порог кабинета Кудрявцева в точно назначенное время."
"— Мне бы хотелось поговорить с вами по поводу ограбления, — как можно более нейтральным голосом произнес Захар, словно речь шла о милом пустячке, а не о документах стоимостью в полмиллиарда долларов.
— Может, пройдемте в комнату отдыха?
Кудрявцев сделал удивленное лицо:
— Почему же нельзя поговорить здесь?
В какой-то момент Захару показалось, что Егор Витальевич наслышан о таинственной комнате. Его правая ладонь непроизвольно сжалась в кулак. Маркелов продолжал, стараясь придать своему голосу самое безмятежное звучание:
— В комнате отдыха поспокойнее, там нас никто не будет отрывать от беседы.
— Ну что ж, пойдемте, — безо всякого удовольствия согласился Кудрявцев.
Встретившись взглядом с Егором Витальевичем, Захар сочувственно заметил:
— Это ненадолго.
— Я понимаю, — хмуро буркнул тот и зашагал к двери.
Вряд ли его можно было сдвинуть с места, если бы не распоряжение генерального.
Даже дверь комнаты отдыха выглядела весьма привлекательной и отличалась от прочих дверей шикарной обивкой.
