Кроме того, имелась возможность отложить кое-что на старость. И когда на лбу Беляева углубилась морщина, сделав его старше лет на десять, Захар искренне пожалел его.
— Прежде чем так поступать, вы должны были посоветоваться со мной, — твердо сказал он.
А вот это уже перебор. О сказанном Маркелов пожалел тотчас, едва было произнесено последнее слово.
Глаза Беляева сжались в крохотные щелки. Он был не из тех людей, кто позволил бы себе стерпеть хотя бы малейшее давление.
— Послушай, что ты о себе возомнил! Может, ты мне будешь советовать, как поступать дальше? Может, это я у тебя работаю, а не ты у меня?! — крикнул Беляев.
— Твоя задача — прикрывать мою задницу в случае необходимости, и ничего больше!
— Вы неправильно меня поняли, — смутился Маркелов, — все это могло быть подстроено.
— О чем ты говоришь?
— Вы не допускаете мысли, что тот человек, который отдал вам документы, мог навести на них кого-нибудь, чтобы потом шантажировать вас? — как можно мягче спросил Маркелов.
Порой он позволял себе роскошь поспорить с генеральным директором. Сейчас был тот самый случай. Беляев — разумный человек, а потому должен понять его правильно.
Лицо Бориса Алексеевича болезненно дернулось, и Маркелов вновь поймал себя на жалости. Он знал, что при необходимости Беляев мог быть предельно жестким и всегда добивался намеченного. Если возникнет нужда, он безо всякого внутреннего трепета вышвырнет на улицу начальника службы безопасности и уже на следующий день даже не вспомнит его имени.
При этом в натуре Бориса Алексеевича был некий магнетизм, который притягивал к нему людей, и чем ближе к нему находился человек, тем сильнее он ощущал его влияние.
— Хм… Вот как ты считаешь. Я не разбираюсь во всех этих тонкостях.
— Больше там ничего не было?
На лице Бориса Алексеевича отразилось едва заметное замешательство.
— Ну-у, не знаю, стоит ли говорить…
— Мне нужна откровенность, я должен знать, что там лежало.
Иначе мы рискуем напороться на новые неприятности.
— Хорошо, — сдался Беляев. — В этом сейфе лежал еще один очень серьезный документ… Компромат на одно очень высокопоставленное лицо. Не спрашивай, кто это такой, не отвечу! — И по решительному лицу Беляева было ясно, что он не отступит. — Ты знаешь, что компания принадлежит не мне? — Он испытующе посмотрел на Захара. Тот лишь прикрыл веки.
