Разве что в общих чертах… Для него ты будешь просто хорошим специалистом, который способен защитить его самого, его семью и его бизнес. Большего ему ничего не надо. В подробности он вдаваться не станет, это не в его правилах. А потом ему объяснят, что к чему.
— Понятно. Так кто он в «Российском ковчеге»?
— Он подставное лицо. Хороший менеджер. Варяга его кандидатура вполне устраивает. Беляев имеет свой небольшой процент и вполне доволен жизнью. На большее он не претендует.
— Насколько мне известно, «Российскому ковчегу» ничего не угрожает.
— Это только на первый взгляд. На самом деле вокруг него идет самая настоящая война. «Плутос» — только первый камешек. Главная цель — «Российский ковчег». Им хотят завладеть. Слишком большие деньги в нем вертятся. Они многим не дают покоя. Так ты согласен?
— Да. Когда мне приступать к работе?
— Завтра у тебя будет собеседование.
— У Беляева? — удивился Маркелов.
— Должен же ты быть представлен начальству. Кстати, он тоже наводил о тебе справки по своим каналам и почему-то предложил именно тебя.
Так что по твоей кандидатуре не было разногласий. Еще вот что — ты не должен показывать Беляеву, что мы открыли перед тобой некоторые секреты.
— Понимаю.
Открыв сумочку, она вытащила пакет и протянула его Захару.
— Здесь твой аванс. Тридцать тысяч долларов.
— Я никогда не беру деньги в долг.
— Тогда считай, что это компенсация за те неудобства, что мы принесли тебе.
— Ах, вот оно что, — невольно хмыкнул Маркелов, — тогда я честно их заработал. А если бы я отказался, так вы бы меня убрали.
Елена улыбнулась:
— У тебя развита интуиция, это еще раз доказывает, что Варяг не ошибся в своем выборе.
— Мне прыгать от радости? — И Маркелов вновь невольно скосил взгляд на ее коленки.
— Вовсе не обязательно.
— Будут какие-нибудь предварительные инструкции по первым дням работы?
— Будут. Вокруг «Российского ковчега» с недавних пор происходят некоторые нехорошие вещи, — неопределенно протянула Елена. — Хотя внешне все выглядит прилично.
— Нельзя ли поконкретнее, что именно ты имеешь в виду?
Она на секунду задумалась, как бы соображая, а вправе ли она делиться информацией, после чего уверенно заговорила:
— Хорошо.
До нас дошла информация, что сначала хотят скомпрометировать руководство, разорить компанию, а затем выставить ее на торги. После чего она будет продана за символические деньги. Причем этим людям известно о многих секретах концерна, внутренних делах.
Маркелов кивнул:
— Понимаю, на них работает «крот».
