— Я даже составила сравнение — сколько деревни платят налогов и сколько с них требуют за защиту. Цифры просто возмутительные!
— Отлично. Теперь главное — запись обращения. Готова?
Полина достала магофон и активировала режим записи. На её лице появилось сосредоточенное выражение.
— Когда будешь готов, кивни, — прошептала она.
Я сел прямо, собираясь с мыслями. Это должно было стать не просто обращением — это был вызов всей прогнившей системе.
— Подданные Содружества Русских Княжеств, — начал я, глядя прямо на мерцающий кристалл магофона.
— Меня зовут боярин Платонов, воевода Угрюма. Сегодня я обращаюсь к вам не просто как правитель пограничного острога, но как человек, который больше не может молчать о творящейся несправедливости.
Я сделал паузу, давая словам осесть.
— Веками между властью и народом существовал нерушимый договор. Мы платим подати — нас защищают. Мы храним верность — о нас заботятся. Мы проливаем кровь — нашу службу ценят. Но что происходит, когда власть нарушает этот священный договор?.
.
Я кивнул Полине, и она показала скрижаль с документами.
— Несколько минут назад я опубликовал в Эфирнете официальную переписку с Владимирским княжеством. Угрюм, острог в Пограничье на самой границе с землями Бездушных, просил защиты во время Гона. Нам отказали. Почему? Потому что мы укрепились. Потому что мы сами, своими силами, построили стены и обучили воинов. И теперь, видите ли, мы недостаточно беззащитны, чтобы заслужить помощь!
Мой тон стал жёстче.
— Но это ещё не всё. Воевода Ракитин из Иванищ — честный человек, защищающий шесть деревень — тоже просил помощи.
Ему предложили заплатить тысячу рублей. Тысячу! За то, чтобы княжеские Стрельцы исполнили свой прямой долг! Где простые крестьяне возьмут такие деньги? И ровно столько же запросили и с нашего острога. Требование взятки было столь неприкрыто наглым, что вы можете собственными ушами выслушать его.
Полина кивала в такт моим словам, её глаза блестели от гнева.
— Сюзерен, не выполняющий своих обязательств, не имеет права на верность вассала.
Это простая истина, известная ещё со времён империи. Владимирское княжество отказалось защищать Пограничье. Владимирское княжество превратило священный долг в товар. Владимирское княжество предало тех, кто столетиями стоял щитом между Бездушными и мирными землями!
В моих словах зазвучал лязг стали.
— Поэтому я, боярин Платонов, воевода Угрюма, объявляю: с сегодняшнего дня мы разрываем вассальные отношения с Владимирским княжеством.
