Краем глаза я отследил, как фигуры в засаде напряглись, готовясь к броску. Встав перед широкой сосной, я начал медленно возиться с ремнём, ожидая атаки.
Тело налилось знакомым предвкушением схватки, зрение и слух обострились до предела.
А затем всё случилось очень быстро. Миг, и я почуял за спиной фигуру и шелест рассекаемого клинком воздуха.
* * *[1] Шибеница (диал.) то же, что виселица.
Глава 4
Я рывком ушёл вбок и вниз, пропуская удар ножа над головой и одновременно разрывая дистанцию.
Двое. Рослые, явно натасканные убивать.
Тот, что слева, сжимал в руке широкий боевой нож в две ладони длиной, с изогнутым лезвием, отблёскивающим холодной сталью. Второй помахивал короткой, но увесистой дубинкой, скорее всего налитой свинцом.
Я стремительно огляделся, ища любое подспорье. Взгляд упал на длинную крепкую ветвь под ногами. Недолго думая, я призвал свою Грань.
В моём мире этот конкретный дар звался Перековкой или Превращением, но один странствующий маг из земель франков, увидев проявление моей Грани, обозвал это Оружейной трансмутацией.
Звучало красиво, вот и прижилось.
Материя завибрировала, подчиняясь зову. Магия скользнула по древесным волокнам, проникая внутрь и меняя структуру. Несколько мгновений, одно усилие воли — и в руках у меня лежало ладное деревянное копьё с трёхгранным остриём. Не слишком длинное, увы, ветка была коротковата. Даже не копьё, а скорее дротик.
— Права была матушка, — прошипел обладатель дубинки. — Пробудил магию. Надо его кончать, и быстро!
Миг, и один из громил ринулся в атаку, выставив нож.
Движения его выдавали солидный опыт — плавные, экономные, без лишней суеты. И всё же они мало напоминали технику талантливого воина. Скорее матёрого душегуба, что привык резать со спины глотки зазевавшихся путников.
А ещё он явно недооценивал меня, видя перед собой лишь безусого юнца.
Ну что же, парни, разомнёмся. Заодно и я наглядно выясню, на что способно моё новое тело. Особых восторгов оно мне не внушало. Одно радовало, навыки, что называется «мышечная память», осталась со мной.
Значит, никакая она не «мышечная». Но об этом пускай всякие умники рассуждают, а я воин.
Усилием воли выжимая из организма всю доступную скорость, я шагнул и на противоходе встретил врага одним точным выпадом. Трёхгранное деревянное остриё с влажным хрустом почти целиком погрузилось в незащищённую глотку противника. Его нож лишь беспомощно чиркнул воздух в ладони от моего живота. Вот она, разница в длине оружия.
