Но если он в учредителях тайного клуба, о котором говорил Саймон, — а он как минимум его участник, — то я не имею права отступать. Я должна сделать все, чтобы эта ужасная организация перестала существовать.
Поднимаю глаза на Саймона и смотрю прямо в упор. Его лицо напряжено, пальцы, которыми он упирается в стол, подрагивают.
Отмечаю про себя, что я не видела, чтобы у Топольского дрожали руки. Никогда. И качаю головой, не сводя с парня твердого взгляда.
— Нет, Саймон. Я не передумала.
Начинается неделя практических занятий, и у меня катастрофически не хватает времени на отработку.
Так что снова привет раздевалки, потому что в столовку не успеваем ни я, ни Оливка. А в раздевалках я убираю вечером.
И еще я снова обратилась к Саймону с просьбой подкинуть нам работу. Только я его предупредила, что если заказчик Топольский, я пас.
После пар идем с Оливкой в библиотеку и сидим там до вечера. Преподаватели нашего универа предпочитают строить обучение по учебникам собственного авторства. Книг на всех не хватает, поэтому приходится торчать в библиотеке.
А еще нужны горы материала для практической работы, и тут тоже вариант порыться в интернете не прокатывает.
Возвращаемся в общагу, я переодеваюсь и иду к раздевалкам. Сегодня с утра моросит дождь, поэтому все толкутся в тренажерном зале.
Заглядываю туда, чтобы определить, кого больше. Если парней, то можно начинать с женской раздевалки. И взгляд тут же натыкается на пустое инвалидное кресло.
Ищу глазами его хозяина, решив, что далеко хозяин отойти не мог.
Оказываюсь права. На соседнем тренажере Демьян лежа выжимает штангу, а страхует его... — Та-дам! — Никита Топольский. Усилием воли заставляю себя отвести взгляд от обоих и переключиться на зал.
Девочек меньше, значит, можно начинать. Но когда прохожу мимо мужской раздевалки, ноги сами туда сворачивают.
Передо мной ряды шкафчиков для одежды, примерно половина из них занята и заперта на магнитный замок. Тянусь в карман за телефоном, нахожу контакт «Демон». Пишу «Привет. Как дела?» и нажимаю «Отправить».
Хоть я этого подсознательно ждала, все равно вздрагиваю, когда слышу чуть различимое жужжание. Но откуда? Из какого шкафчика? То, что я все равно не знаю, чья где одежда лежит, на мое состояние никак не влияет.
Сердце так отчаянно колотится о ребра, что они вот-вот разобьются в пыль. Поднимаю палец над экраном, на миг зависаю и нажимаю на дозвон. Ответом мне служит отчетливая ритмичная вибрация.
Третий шкафчик слева во второй секции. Подхожу ближе.
