Никита просовывает руки под колени и надежно фиксирует. Теперь он сам приподнимает меня и насаживает. Приподнимает и насаживает. Поднимает и насаживает...
Мы впервые занимаемся сексом без презерватива. От этого ощущения полнее, ярче. Головка ласкает изнутри шелковые стеночки. Сжимаю их, и Никита стонет, запрокинув голову.
Насаживаюсь резче, интенсивнее. Никита с шипением опускает меня на себя, наше рваное дыхание заполняет больничную палату.
— Давай теперь я, ты устала, — Ник тянет меня вниз. Послушно поддаюсь и прогибаюсь в пояснице.
Его ладони ложатся на ягодицы, сдавливают. Короткий звонкий шлепок, член внутри дергается, отчего удовольствие волнами расходится по телу. Перед глазами вспыхивают яркие всполохи.
В темноте ощущения обостряются. Я не вижу Никиту, но его частое дыхание, хриплые стоны, шлепки доводят до крайней точки возбуждения. Кажется кровь сейчас закипит от перегрева и погонит по венам кипяток.
Никита ловит губами соски и вколачивается снизу, сжимая ягодицы.
С каждым очередным толчком вскрикиваю и получаю новый шлепок и толчок.
Возбуждение привычно закручивает невидимую спираль, по которой я взбираюсь все выше и выше. И когда смоченный слюной палец нащупывает чувствительную горошину клитора, достигаю вершины и взрываюсь.
Рассыпаюсь на тысячи осколков. Проваливаюсь в обжигающе ледяную воду, выныриваю, и легкие заполняет пышущий жаром воздух.
— Теперь я, — слышится в подсознании. Там что-то щелкает, и я наощупь нахожу щеку Никиты. Она колючая, ласкаю ее подушечками пальцев.
— Ник, ты помнишь, мы без презерватива...
Он молча кивает, скрещивает руки на моей спине и загоняет член как можно глубже.
— Маша, отпусти...
Послушно расслабляюсь, обмякаю. Никита догоняет меня в несколько сильных толчков, выдергивает член, и стреляет мне в живот горячими струями спермы."
"Обессиленно сползаю и опускаюсь рядом. Ник шумно дышит, но у него хватает сил дотянуться до изголовья, взять полотенце и обтереть мне живот. Притягивает к себе на грудь, я с удовольствием прижимаюсь к разгоряченному телу.
— Я тебя люблю, Мышка, просто пиздец как люблю, — надтреснутым голосом говорит Никита. — Никогда не переставал любить, ни на секунду.
— И я тебя, Никит, — шепчу, целуя мускулистое плечо, — и я не переставала.
Он находит мою руку, на которой по прежнему надет браслет. Я о нем и думать забыла. Берется обеими руками за ободок, с силой надавливает, и браслет ломается с неприятным треском.
