Сплошное повиновение и ямочки на щеках, от которых кровь закипает.
А как спорила, блядь, почувствовав свободу. Не понимала, зачем нам с братом оставаться в стране, когда её саму отправляли подальше. Не верила, красивая, что мы приедем. Едва на три буквы не посылала, узнав, что никаких звонков нельзя. Зачем подставляться лишний раз?
Даша занималась её безопасностью, мы огребали за собственный план.
Карина крутится на сидении, а я не спешу заводить машину. Жду пока успокоится. Девчонка укладывает голову, смотрит на меня из-под опущенных ресниц.
Интересно, что пытается там увидеть?
– Привет, - выдает неожиданно, касается пальцами моего лица. Мелкая ещё совсем, нежная такая. – Я скучала.
– Я тоже скучал, красивая.
Подыхал, если быть точнее. Оказалось, наблюдать издалека было намного легче, чем совсем не видеть. Не иметь возможности завалить на кровать, зная, что в этот раз она точно позволит.
Карина вдруг подается вперед, целует первой. Мелким ураганом налетает, виснет на моей шее. Осмелела, девчонка.
Тяну её к себе, прикусываю пухлые губы.
Да, бля.
Именно то, чего мне не хватало.
Опускаю ладони на задницу, сжимаю. А после отвешиваю шлепок, заставляя красивую стонать в мой рот. Так легко, быстро заводиться. Отвечает, подставляется.
Всхлипывает, когда забираюсь пальцами под её платье. Провожу по нежной коже, касаюсь ненужных трусиков. Веду по ткани, чувствуя, как красивая начинает течь.
– Черт, - ругается, стонет и задыхается. Идеальная. – Клаус, не здесь.
– Ты сама начала, Кара.
Теперь выгребай.
– Я не… Ох.
Выгибается в моих руках, а после сама начинает действовать. Пробирается ладошками под мою футболку, изучает тело. Целует так, словно весь месяц этого ждала.
И это пиздец как заводит.
– Клаус… Что это? – отрывается резко, держит ткань футболки дрожащими пальцами. И рассматривает синяки на моем теле. – Что произошло?
– Забей, это старые.
– Старые? Их точно не было, когда мы… Откуда они взялись?
– Неудачный спарринг.
– Ты меня за идиотку держишь? Какой спарринг проводит к… такому?! Тебе больно?
– Не больно, красивая.
Забей, поехали домой, а там посмотрим, как ты из меня ответы высосешь.
– Клаус!
Заносит ладошку, чтобы снова ударить, но вовремя останавливается. Замирает, рассматривая ребра, разрисованные фиолетовым. Черт, надо было подождать ещё, пока все следы не сойдут."
"Красивой не стоит волноваться из-за таких пустяков. Подумаешь, пара ребер пострадала, пока разбирались с Устиновым.
