Мой брат всегда был таким правильным, однако, я знал, что он может удивить в нужный момент. Особенно, когда дело касалось… женщин.
***Макс
Конечно же, я удивился, когда увидел своего братца, Эмиля. Этот проныра влез в мой дом через окно, совсем как в старые добрые времена, когда мы еще были детьми-волчатами и лазили везде, где душа пожелает.
С братом у нас всегда были хорошие отношения. Мы могли поцапаться по пустякам, но в случае беды готовы были перегрызть глотку обидчикам друг друга. Мы были разными, но в то же время у нас было много общего.
Из-за девушек мы никогда не ссорились — пожалуй, это единственный пункт, где наши вкусы сильно не совпадали. Эмиль предпочитал волчиц, а я…
Я посмотрел тяжелым взглядом на свою гостью, на Элю, что сидела на кровати и переводила испуганный взгляд с Эмиля на меня.
— Ну так что? — переспросил я брата, сложив руки на груди. — Почему не предупредил?
— Макс, и я рад тебя видеть, — ухмыльнулся этот засранец во все тридцать два клыка… то есть зуба.
Иногда мне казалось, что я был старше его на три года, а не он. Эмиль был шебутным, веселым и обожал тусовки. Я же предпочитал проводить свое время в уединении за чтением деловой литературы или просмотром хорошего фильма.
— Иди сюда! — усмехнулся я и заключил брата в свои объятия.
Одна кровь давала о себе знать. Будучи волками мы не могли находиться вдалеке друг от друга долгое время, нам всегда нужно было видеться.
— Я смотрю ты обзавелся новой игрушкой, — Эмиль кивнул в сторону Эли, следящей за нами с интересом.
Услышав его слова, она испуганно вжалась в спинку кровати.
— Почему ты не спишь? — спросил я у Эли, проигнорировав реплику брата.
— Я… я… — пролепетала она так, словно у нее вдруг отнялся язык.
Я заметил, как ее взгляд метнулся в сторону Эмиля.
— Я ей помешал, — ответил вдруг тот вместо Эли и добавил, увидев скепсис на моем лице: — Отвык лазить по балконам, вот и устроил шум. Твоя гостья спала так чутко, что подпрыгнула на кровати.
— Это правда? — отчего-то переспросил я у Эли.
— Да, — кивнула она и потупила взгляд.
Р-р-р! Снова этот взгляд! Вкупе с ее общим видом — лямка спущена, на щеках проступил румянец, глаза наполнены испуганным блеском. И отчего-то, я чувствовал в воздухе запах… ее возбуждения.
Мне ничего не оставалось, как поверить Эле на слово. Ей и брату, который впервые на моей памяти заступился за… человека.
