Возможно, это мой шанс выбраться отсюда живой. Только вот как мне сделать так, чтобы Дэн проглотил эту таблетку?
Я не успела додумать свою мысль, как вдруг скрипнула старая дверь, и в хлев, где меня держали в клетке, вошел неприятный тип. Он был типичным бандюганом на вид — короткая стрижка, руки в наколках, колючий взгляд.
Не сказав ни единого слова, тип подошел к моей клетке и принялся открывать замок.
— Эй! Время еще не вышло! — запротестовала я, когда он прошел ко мне и наклонился, чтобы поднять меня на руки.
— Тихо! — шикнул тип, не обращая внимания на мои попытки вырваться. — Не кричи.
— Отпусти! — я заколотила его по каменной спине.
— Ведя себя хорошо, и тогда, может быть, увидишь свою сестренку…
Я застыла с поднятой для очередного удара рукой.
— Что ты сказал? — переспросила я удивленно.
Как? Откуда он знает Лею?
— Что слышала. Нам нужно поторапливаться, пока Дэн не вернулся с охоты.
— С охоты?
— Ну а ты думала, что волки одними стейками могут насытиться? — коротко хохотнул тип, вызывая у меня волну омерзения.
Выходит, этот Дэн был кровожадным не только до мести, но и до вкуса крови.
— Кто ты такой, черт побери? — спросила я, пытаясь заглянуть в лицо своего странного спасителя.
Он ведь мой спаситель или это очередная ловушка?..
— Лютый, — его ответ был коротким, однако мне этого хватило.
Наверное, он был одним из братьев Стеллы. Только почему ему приспичило мне помогать? Его сестра преподнесла меня в жертву демону, а он… решил сыграть в ангела-хранителя?
— Почему ты мне помогаешь? Рискуешь ради меня…
— Молчи, — посуровел вдруг Лютый, его лицо исказилось какой-то непонятной эмоцией.
— Это не ради тебя.
— Ради кого?
— Неважно. Не твое дело. Ты хочешь увидеть Лею или остаешься здесь?
Разве у меня был выбор в тот момент? Я ни на секунду не доверяла этому Лютому, но попытаться стоило. Какой смысл от того, что я сидела в клетке, дожидаясь своей смерти? Кто знает, вдруг нам повезет, и мы сможем выбраться?
Я лишь кивнула и сильнее сжала мешочек с ядовитой таблеткой.
Только это придавало мне сил. Это и моя любовь к Лее и братьям Борзовым.
— Тебя нести или сама пойдешь?
Я поморщилась от его грубого тона, однако не стала возникать, лишь ответила:
— Сама.
Лютый сбросил меня со своего плеча и, кажется, вздохнул с облегчением. Не думаю, что от того, что я была такой тяжелой ношей. Скорее потому, что не надеялся на мое скорое согласие и благоразумие.
Хотя я так и не была уверена, что поступала правильно.
