Резко выпрямляется, упираясь коленями в матрас. Схватив за предплечье, дергает меня на себя, заставляя развернуться и прижаться спиной к его груди, а задницей к паху. Он такой сильный, что мои сопротивления — это как лупить хворостинами шпалу!
Пусть просто закончит, и все…
Дыша в мою шею, рукой проталкивает в меня свой член, чем вызывает непроизвольный стон. Сдавив рукой ребра под грудью, шире разводит колени и, опустив пальцы на мой клитор, начинает двигаться.
Из меня вырывается стон, и тело прошибает током.
Его бедра подбрасывают мои, заставляя тереться о сильные пальцы, которыми он не двигает до тех пор, пока я не вскрикиваю, пропуская по ногам дрожь.
И тогда он начинает выверенно их вращать.
— Нет! — царапаю его руку, пытаясь вырваться. — Отвали!
Моя спина выгибается, и я начинаю метаться в этой хватке.
Я не буду с ним кончать!
Не буду, не буду, не буду…
— Отвали! Отпусти! А-а-а-а…
Сдвинув руку, сжимает ладонью мою грудь, ускоряя свои толчки, чтобы поспеть за мной!
Козел!
Мудак!
Кончаю со стонами, теряя контроль над собой.
Не замечаю, как мое лицо встречается с подушкой, чувствуя только взрыв между ног, который колотит мое тело и ноги.
По моему телу струится пот. Не пытаясь шевелиться, одним глазом наблюдаю за тем, как по стеклянным стенам барабанит дождь. В отражении стекла вижу голую мускулистую фигуру, скрывающуюся в ванной.
Давя слезы, закрываю глаза.
Я так хочу спать, что готова сделать это прямо в его постели.
***
Стоило пойти на все, просто для того, чтобы оказаться на этом матрасе.
На все.
На восьмичасовой перелет, в котором я поняла, что летать — это самое кошмарное из того, что может случиться с человеком в жизни. На секс с богатым самоуверенным говнюком, который… два раза сделал то, о чем я его не просила. Второй раз я даже не сопротивлялась, просто позволила ему получить от меня то, что этому козлу нужно.
Пусть подавится.
Меня возбуждало его тело. И его запах, и его эрекция. И все, что он ею и всем остальным делал тоже. Даже его чертовы команды.
Так что пусть подавится. Словить с ним оргазм было не так уж сложно.
Он и двух слов мне не сказал, а потом просто ушел спать куда-то еще.
Подтянув колени к животу, морщусь от тянущей боли между ног и во всем теле.
“На колени…”
“Вот так… прогнись…”
Вперив взгляд в плывущий по Москва-реке прогулочный катер, прислушиваюсь к тому, что происходит за дверью комнаты. С высоты семьдесят второго этажа катер выглядит как букашка. Город повсюду.