— Сделать? Разве вы не собираетесь ставить их на штаб, как и положено?
— Нет, — я покачал головой. — Сначала пусть пройдут стажировку на местах по своим направлениям, пусть поймут, что и как творится на земле, в одном конкретном корпусе. Как мы ведем дела. Вот после этого можно и в штаб.
В этот самый момент я как раз заметил Мищенко, с которым тоже хотел поговорить. Пришлось извиниться перед Шереметевым и попросить, чтобы тот дал отбой моим порученцам, заодно сообщив будущим штабистам об их трудоустройстве, а сам я поспешил поймать кавалериста.
А то на войне ведь как — можно в любой момент получить приказ выступать или же напиться за считанные минуты. Тяжело ли умеючи.
— Павел Иванович, — поприветствовал я генерала. — Вы позволите украсть вас на пару минут для серьезного разговора?
Мищенко на мгновение замер, подтверждая, что опасения Врангеля были не на пустом месте, но в итоге все-таки кивнул.
— Пара минут, полковник.
— Собственно, у меня только один вопрос, генерал. Могу ли я рассчитывать на вас и на вашу бригаду в случае чего?
— Можете не сомневаться, я выполню приказ, — Мищенко ответил с легкой усмешкой, а потом добавил.
— Я ведь правильно понимаю, что тот сотник, Врангель, действовал не сам, а выполнял приказ? Как вы любите говорить, любой ценой.
— Да, когда я даю своим людям приказ, они знают, что его надо выполнять… — очень хотелось завершить этот неловкий разговор, вот только я должен был во всем разобраться. — И в том, что вы тоже выполните приказ, я не сомневаюсь.
Вопрос в другом, могу ли я рассчитывать на вас так, как это было во время нашего общего прорыва под Вафангоу?
Вот и спросил, прямо в лоб. Теперь что бы ни сказал Мищенко, это окончательно расставит все точки над ё. И кажется, генерал задумался.
— Это был хороший рейд…
— Славная охота, — согласился я.
— Киплинг? Почему?
— Мы же с вами одной крови."
"Со стороны это могло показаться обменом ничего не значащих фраз, но мы с Мищенко друг друга поняли. Мы читаем одни книги, мы думаем похоже, и мы ждем от этой войны только одного — победы!
— Присылайте своих гонцов, полковник, я их всегда выслушаю, — наконец, усмехнулся Мищенко.
— Можно даже того же Врангеля. Посмотрим, рискнет ли он у меня кулаки распускать.
Если пошли шутки, значит, точно договорились.
— А если вас прикрепят к нашему корпусу? — я решил прощупать еще пару моментов.
— А вот этого не будет, — Мищенко тут же покачал своей уже седой шевелюрой.
