- Другие девчонки разбежались, а Любка в первых рядах в драку полезла. Визжит, боится, но дерётся, - рассмеялась соседка, вспоминая.
- О! Или помните, как она Славкиного телёнка домой несла?
- Да что там несла? Она же роды у моей Марты принимала! Прямо в поле, прикинь, Сань! Корова моя телиться придумала в поле у леса, а Любка там чеснок полевой с пацанами собирала. Те увидели, что корова отелиться не может, да и побежали за взрослыми в деревню. Ну, и что ты думаешь, Сань? Пока мы собрались, пока приехали, а Любка наша уже помогла корове отелиться, и теленка на себе в деревню тащит.
Сколько тебе тогда было, Любань?
- Не помню. Лет тринадцать-четырнадцать.
- Ты принимала роды у коровы? – я удивился, но, зная Авдееву, наверное, чего-то такого от неё и ожидал.
- Можно и так сказать. Просто вытянула теленка. Видела, как это дед делал, - она неожиданно улыбнулась уголками губ, и я понял, что она смутилась.
Рыжая ведьма умеет не только трепать мои нервы, но и стесняться?
День открытий!
- А как они с Никиткой баню и дом и Занозиных тушили? – люди ушли в воспоминания далеких лет.
– Вот повезло Занозиным, что у Любки с Никиткой тогда свидания допоздна были. Так бы сгорели и даже не заметили.
- Свидания? – мои брови поползли наверх. Захотелось сыграть ревнивца, особенно учитывая то обстоятельство, что нас здесь все считают парой. – И что это за Никитка такой?
- Ой, Саш, у них такая любовь была! Такая любовь! Мы же даже думали, что они поженятся, – мечтательно вздохнула одна из женщин, чьё имя я так и не запомнил.
– Сосед, кстати. Петькин сын. Каждое лето детей привозит сюда. Кстати, скоро, наверное, опять привезет.
- Как интересно, - ехидно ухмыльнулся я, глянув на Авдееву, которая делала вид, что её это не касается. – И долго у них любовь была с моей Любовью?
- Да года два, наверное... – ответили мне, ненадолго задумавшись. - Они ж только летом виделись, когда обоих в деревню привозили.
- Ясно, ясно, - протянул я, вновь глянув на Авдееву, которая взглядом давала понять, что идти мне далеко и надолго со своим ревнивым спектаклем.
"
"- Да ты не ревнуй, Сань, - поддержал меня Ваня, хлопнув по плечу. Да так сильно, что я аж немного вздрогнул. – Иди домой и покажи ей, кто её действительно любит. Только хорошо показывай. Как в первую брачную ночь.
Все поддакнули и гыгыкнули.
Меня это покоробило. Не терплю, когда обсуждают личное и интимное, да ещё так – при всех.
Вот он минус этой их открытости и простоты – всё с добавкой «слишком».
