Правда, нравится? Освежает, да?
- Ну-у, завела моя бабка свой словесный пулемёт, - нарочито возмущенно протянул дядя Петя, тоже вышедший за ограду. – Ты хоть в дом Любку пусти, чаем угости, да рассказывай потом всё, что хочешь.
- Ой! А что это я, действительно?... Проходи, Любаша. У меня всё готово. Проходи-проходи.
Тётя Люда пропустила меня первой войти в ограду, сама зашла следом за мной, а за нами и дядя Петя, который и закрыл калитку."
"- Да уже можно было и не впускать Любку. Ты ж уже, поди, всё рассказать успела.
Всю свою биографию по пятое колено, - усмехался дядя Петя.
- Ай! – махнула на него соседка. – Отстань! Много ты понимаешь в женских разговорах. Смотри, Любаш, какие у меня георгинчики в этом году.
И началась экскурсия по многочисленным цветам тёти Люды. Цветы у неё были везде и во всех ёмкостях, которые только могли подвернуть под руку. Здесь и старые резиновые сапоги, из которых росли бархатцы. Здесь и старые металлические чайники, в которых отлично себя чувствовали фиалки. Даже металлическая хлебница со сдвигающейся крышкой была прибита к заборы специально для петунии, которая из неё свисала.
И здесь же мотоциклетный шлем, в котором в детстве я успела поездить с Никиткой, тоже нашёл свое конечное предназначение, служа уютным местечком для настурции.
- Как у вас всё красиво! – восхитилась я.
- Слыхал?! – вопросила тётя Люда, с явным наездом на своего супруга. – Красиво! А не помойка с цветами.
- Бабы, - лаконично парировал дядя Петя, махнув на нас рукой. – Бесполезно спорить.
Жрать пойдёмте.
Мы зашли на веранду, где сняли обувь на ковре-дорожке, и прошли в дом, откуда исходил просто потрясающий аромат выпечки и, точно знаю, фирменного борща тёти Люды. Только она делает такой потрясающе вкусный борщ с болгарским перцем.
Желудок сжался в голодном обмороке.
- Чувствую ваш борщ, тётя Люда.
- Специально сварила. Твой любимый. Помню, как ты его нахваливала. Ты сметанки добавляй побольше. Не стесняйся, Любаш. Со сметаной и щепки сладки.
- Спасибо.
Мы по очереди помыли руки и сели за стол.
Соседи начала нахваливать своего сына, Никитку, рассказывая, какой он молодец и как много сделал для них. Начиная от пластиковых окон и спутниковой тарелки в доме, заканчивая теплым туалетом, в который он переоборудовал некогда свою комнату.
В общем, нахваливали своего сына, моего бывшего, по всем фронтам.
А я была только рада за него и за них, да ела борщ большой ложкой.
- Вот, что ни говори, а хорошее сейчас время.
