– Ты не представляешь, о чем я. Не хочу делать с тобой по-настоящему неприятных вещей, поэтому…
Затаив дыхание, она ждала продолжения, уже чувствуя, что сейчас будет что-то плохое. Что-то, что ей совсем не понравится.
– Поэтому у меня есть рабыня, – выдохнул он, глядя прямо в глаза так, словно пытался гипнотизировать.
Что? Что?!
На секунду Мария почувствовала, что земля уходит из-под ног. Все было так романтично, а теперь… Внутри все крошилось и разбивалось. Опять. Опять она только вторая.
Внезапный удар по лицу не принес бы столько неприятных эмоций.
Даже если бы он избил ее всю у этого фонаря, ничего не объясняя, не было бы так больно. Неужели на ней какое-то проклятие? Почему он сразу не сказал? Почему они все врут, пока ты не нафантазируешь себе счастливые отношения, а потом…
– Вот об этом я и говорил, – рявкнул Дав, сжимая ее лицо пальцами почти до боли. – Не фантазируй, а смотри на меня, хотя бы сейчас. Да, у меня есть рабыня. Но я ее не трахаю. Дослушай до конца, пожалуйста.
– Как это не трахаете? – спросила она замороженными от обиды губами.
– Вот так. Она приходит и убирается в квартире в ошейнике. Ей нужно, чтобы ее унижали, и я унижаю. Только словами – даже не касаюсь ее.
Мария вдруг ощутила, как холод проникает под пальто. Она замерзла вмиг и начала трястись.
– И давно это у вас? – спросила она, тупо глядя перед собой, трясясь всем телом и не веря ни слову после слов «есть рабыня». Рабыня – это женщина, которую можно трахать как угодно.
Святой бы не удержался, а тематик – тем более.
– Давно, – отрезал Дав. – Но у нее есть муж, и она его любит. Я не хотел говорить тебе, вы могли бы даже ни разу не встретиться, но ты мне слишком нравишься, малыш. Поэтому хочу честно, с самого начала.
Честно? Две женщины – это уже нечестно, в отчаянии подумала она.
– Я так не могу, Дав. Мой бывший партнер мне изменял. Я не хочу быть снова второй!
Расслышав в собственном голосе дурацкие истерические нотки, Мария закрыла лицо руками и замерла.
"
"– Малыш. Прости. Я пока не могу это изменить, потому что так надо. Возможно, позже что-то изменится. Но я хочу, чтобы ты знала: ты не будешь второй. Ты будешь единственной женщиной, с которой я встречаюсь и сплю.
Прикусив губу почти до крови, Мария отвернулась и качнула головой. Наступила долгая тишина.
Какое-то время они просто стояли.
Через пару минут Дав шумно вздохнул, извлек из кармана смартфон и молча вызвал такси.
