– А я, получается, плохая девушка, да? – спросила, наконец, Мария, глядя на него так, словно он совершил что-то ужасное.
– Нет, – отрезал Игорь. – Ты тоже хорошая. Но мы с тобой просто трахались. Чего ты токсичная такая? Или ты на что-то рассчитывала?
Он хотел наехать чутка, чтобы прекратила истерить, но голос под конец сорвался, и Игорь почувствовал, как скулы заливает жар.
Конечно, он знал, на что она рассчитывала, но как иначе-то? Иначе она бы тупо слилась, и сама это прекрасно знает. А так было очень круто, все два года.
Что они только не творили.
Только девки всегда сами пудрят себе мозг, а потом слезы льют ручьями. Вот разве не дуры, рассуждал он. Самой же нравилось все? Нравилось. Был секс, была тема, были нежности всякие иногда, кафе и прогулки даже. А жениться-то он не обещал. Значит, не было этого. Что ж теперь плакать-то, как будто он ее девственности лишил? Девственности точно не было, сплошной разврат с самого начала.
Двадцать четыре года девке, а ведет себя как дите, распалял он себя, стараясь не смотреть на зареванное лицо.
– А почему ты раньше не сказал? – вдруг спросила она, вытирая слезы, и он замер, поджимая губы.
Еще один дурацкий вопрос. Ну, конечно. Давай, делай из меня чудовище.
– Настроение тебе портить не хотел, – буркнул он, застегивая брюки. – Ну перестань, ты же умница. Будет настроение – встретимся еще, поиграем, трахну в лучшем виде. Только позже, ладно?
– Позже? – повторила она, и губы снова дрогнули. – В смысле: после твоей свадьбы?
– Ну, уже до нее-то не успеем, – стараясь придерживаться теперь только деловитого тона, развел руками он.
– На следующей неделе уже праздник, потом в отпуск улечу, такие дела. Но я тебе тоже, видишь, какую романтику устроил напоследок, так что, вот, никого не обидел. Комнату снял? Снял. Атмосферка же классная тут в клубе, нижняя, да?
Осторожно задабривая, Игорь сел на кровать рядом, коснулся руки и погладил. Но эффект почему-то вышел совсем не таким, как он ожидал.
– Ты что, издеваешься? – некрасиво взвизгнула Мария, вскакивая.
– Ты совсем охренел?
– Так, ты давай на меня не ори, нижняя, – рявкнул он, едва придя в себя. – Или наказать надо?
– Красный!
– Эй, а ну прекратила!
Он вскочил, но не успел. Одновременно со стоп-словом Мария ударила по тревожной кнопке, вмонтированной в стену возле входа, и сработала сигнализация – но без звука, только свет заморгал.
– А ну иди сюда, – заорал он от злости, выругавшись матом, дернул ее на себя и даже успел пару раз шлепнуть.
