— Я постараюсь, Эмми, — хрипло прошептал он, жадно рассматривая меня с ног до головы, будто прощался навсегда и хотел отложить этот образ в своей памяти. — Обещай, что не станешь рожать до моего возвращения.
— Если не будешь звонить, я сделаю это намеренно, — закатила глаза я. — И назову детей как-то по-идиотски. Карл? Гельтруда? Ноубль?
— Напоминаю, что это и твои дети тоже, — пожал плечами мужчина, заправляя мои пушистые и безумно кудрявые волосы за ухо. Затем вдруг насторожился и посмотрел мне в глаза так пронзительно, будто сканер лжи.
— Ты уже знаешь пол?
— Нет, мы ведь договаривались, — со всей ответственностью заявила я, отдав ему военную честь. — Честное слово, босс.
— Тогда хорошо, детка, — одобрительно кивнул мужчина, затем снова накрыл мои губы своими, и время потеряло свой счет. Его руки непрестанно скользили по моему животу, а дети без остановки прощались с папочкой, решив, верно, довести меня до нервного тика своей внезапной головокружительной вечеринкой. Когда Конрад отстранился, я ощущала себя пьяной и довольной, пока он вдруг не взял кейс и не махнул мне рукой на прощание.
— До скорой встречи! Но… Подумай про имя Гельтруда. Есть в нем в нем что-то загадочное…
Я подхватила лежащую рядом подушку и зарядила ею в мужчину, успевшего моментально прогнуться в сторону.
— Единственная загадка этого имени в том, что именно курили родители, когда назвали так ребенка! — прокричала я ему вслед, с трудом сдерживая улыбку.
— Тогда Ноубуль! — подал голос Конрад. Благо, серьезный том ему удалось сдержать недолго, и он таки рассмеялся самый прекрасным и пробирающим до костей смехом.
— Мисс Эмми, — вытянула меня из грустных мыслей медсестра, — хотите, я помогу вам подойти к окну?
«Ты уже сама и к окну подойти не можешь!» — взмолилась я про себя, а девушке кратко кивнула. Пока она поставила меня на ноги, а я дотопала до окна, Конрад уже стоял около вертолета.
Закутавшись в плед, с удушающей тоской я смотрела на своего мужчину, будто мы не виделись уже лет десять. А затем он повернулся, словно ощутил мой взгляд, и послал воздушный поцелуй.
Это было насколько мило и неожиданно, что я вновь расплакалась.
* * *
— Мисс Эмми? — одернул меня доктор Грин, и только в тот момент я поняла, что на какую-то минуту полностью выпала из жизни, перестав слушать его пламенную речь. — Говорю, как самочувствие? Вы меня не слушаете, верно?
— Простите… Слушаю! Кроме типичных признаков беременность четырьмя детьми, — я тяжело вздохнула и пожала плечами.
