Вы были очень добры ко мне, и я хотела бы ответить вам тем же. Надеюсь, Конрад не уволит вас после этого, и вы не потеряете работу.
— Вы тоже мне нравитесь, — призналась она, и я уставилась в отражение ее лица через стеклянную панель зеркала. Не обнаружив там фальши, я робко улыбнулась, что она не использовала прошедшее время в своем смелом утверждении. Но улыбка моя тут же поникла, а сердце болезненно кольнуло от воспоминания других слов. «Я тебя люблю», — шептали губы Конрада. Человека, которому пару минут назад я нагло прострелила бедро! — Надеюсь, вам удастся осуществить то, что вы задумали и, самое главное, добиться счастья.
Вы этого достойны. Жаль, что не вместе с мистером Шульцем. Поверьте, это не слепая преданность боссу… Он кажется мне хорошим человеком, но решать только вам.
Я робко кивнула ей и замолчала, глядя, пока створки отворяются. Как и ожидалось, внизу было около двадцати охранников. Они оцепили выход и вели меня до самой улицы, как какую-то преступницу.
«Именно ею ты и стала, когда выстрелила в живого человека и похитила заложника!» — подсказал внутренний голос, но я пока запрещала себе ему поддаваться, потому как тогда начиналась паника. Действовать на инстинктах сейчас казалось вернее и безопаснее.
— Когда я отпущу вас, они сразу меня схватят. Не могли бы вы пройти со мной пару кварталов? — спросила я женщину, и та нервно кивнула. У нее не было выбора так же, как теперь и у меня.
Спрятав пистолет под ее широкой кофтой, я вышагивала вперед по заснеженной улице, не желая пугать прохожих.
Только это казалось не к месту, потому как местность была полностью оцеплена охранниками Конрада. Они, как чайки, окружили меня со всех сторон. И чем больше кварталов я проходила, тем отчетливее понимала: у меня нет выхода. Нет плана. Нет варианта сбежать. На улице было невообразимо холодно, обильный снегопад, а из одежды на мне — лишь костюм. Нет налички, сотового, ключей от квартиры… Ни-че-го.
«Конрад был прав с самого начала. Только после подобной выходки последствия будут более масштабными!» — вынуждена была признать я и готова была уже отпустить Барбару, сдаваясь, как рядом со мной, прямо на проезжей дороге, остановился спортивный желтый автомобиль. Машины позади сигналили ему, чем привлекли мое внимание, и когда я повернулась, задняя дверь авто отворилась, будто посылая мне негласное приглашение. Или я просто хотела в это поверить.
