— Я не хотела тебя убивать, — сопела она, задыхаясь от рыданий. Ее белое лицо моментальное стало багровым. — Папочка раньше всегда был с нами, а затем пришла ты, и все поменялось. Он смотрел на тебя так… — она запнулась, а затем сама же себя одернула. — Меня это злило, и я просто хотела подшутить. Прости меня… Прости! Дьявол, что же я натворила…
— Я понимаю, — осторожно погладила ее белокурые волосы, после чего кивнула на чемодан. — Разбирай его, тебе стоит остаться.
Я не хотела этого делать, но ради Сабины даже готова была поговорить с Шульцем.
Рушить судьбу семилетнего ребенка ради того, чтобы потешить собственное эго в мои жизненные планы не входило.
— Нет, — отмахнулась она вдруг, будто читая мои мысли. — Это была моя идея, Эмми. Отец ее поддержал. В реальном мире за подобные «ошибки» сажают в тюрьму, и я хочу получить свое наказание, понимаешь? Иначе это будет мучить меня всю жизнь.
Артур зарыдал вслед за сестрой, заставляя меня прикусить губу от досады. Я молчала какое-то время, пока не сделала логичные выводы:
— Получается, ты просто ищешь легкий вариант? Собираешься сбежать, сверкая пятками, бросив брата и папу? Почему бы тебе ни наказать себя реальностью, Сабина? Ни остаться здесь и ни принять груз ответственности, как взрослая.
Глаза Артура зажглись надеждой, на губах появилась робкая улыбка, он взглянул на Сабину и нетерпеливо пробормотал:
— Прошу тебя, не оставляй меня одного. Я не представляю, как жить без тебя, Сабина. Эта комната слишком огромная для меня одного.
Я не собиралась давить на девочку, переубеждать.
Это только ее жизнь, и только Сабине выбирать, как прожить ее в этом мире. Но я искренне желала ей добра и сожалела, что отныне наши пути вряд ли пересекутся. Оставалось надеяться, что однажды Конрад представит своих детей общественности, и я смогу следить за их жизнью через новостные паблики.
Когда я уходила, Сабина одернула меня за край кофты, виновато протянув:
— Знаешь, на самом деле ты мне нравишься. И мне было слишком сложно это признать. Ты подходишь папе.
Вы такие… — она защелкала пальцами в воздухе. — Одинаковые, вот. Из одного теста… На одной волне!
— Нет, — отмахнулась я, хмыкнув. Девочка тут же нахмурилась. — С твоим папой нам не по пути. И сегодня мы видимся с вами в последний раз.
— Но… — глаза девочки тут же стали мокрыми, и она украдкой взглянула на Артура, отошедшего на пару минут. — Ты передумаешь. Я знаю своего папу. Кстати… — она кивнула головой в бок. — Там его спальня. Зайди, глянь. Тебе понравится.
