— Ты ведь этого хотела?
— Я хотела свободы, — хмыкнула грустно и понуро.
— На улице гуляет убийца, Эмми, — рявкнул он. По звукам он вскочил с места и что-то с грохотом разбилось. — Ты можешь просто потерпеть пару дней? ПАРУ. ГРЕБАНЫХ. ДНЕЙ.
— Больше нет, Конрад, — закрыв глаза, я стерла слезу со щеки. Ужасная, разрушающая, прожигающая изнутри боль уничтожала меня заживо. — Ты не уважаешь меня. Для тебя я словно мусор. Я не могу тебе больше доверять. Поэтому либо ты отпускаешь меня прямо сейчас… Либо я сделаю что-то нехорошее.
Секунду помолчав, мужчина сглотнул вязкий ком и хрипло прошептал с немым предупреждением:
— Эмми…
— Ты мог выбрать любую девушку в этом гребаном огромном городе, но ты выбрал меня! — голос мой был настолько громкий, что уши заложило. Настолько надрывный, что сердце закололо. Настолько безликий, что самой стало не по себе. — Я надеялась, что ты ценишь меня, как человека. Мы прошли через столько дерьма за эти годы… И ты мог бы просто меня отпустить, дав шанс зажить новой счастливой жизнью.
И кем я стала теперь? Какой-то шлюхой? Карманной проституткой? Твоим «отличным вариантом на вечеринок»?!
И снова послышался тяжелый сбивчивый вздох, и снова я услышала свое имя:
— Эмми…
— Пошел ты к черту, Конрад Шульц! Устроил в своем доме гарем… Но я не хочу иметь к этому никакого отношения, ясно?!
Подойдя к окну, я широко распахнула форточку, а затем выкинула туда сотовый. После подошла к двери, в который раз заперев ее на три приворота замка.
Это не поможет, но задержит нежданного гостя. После чего подошла к трюмо и с огромными усилиями толкнула его к двери. Туда же отправился мини-шкаф для обуви и прочая мелкая мебель, включая стол и стулья. Охранникам придется здорово повозиться, прежде чем они проберутся ко мне в «логово». А я не намерена выходить из него, пока Шульц не выполнил мое единственное условие — выпустить вон.
— Мне не нужна твоя защита, понятно?! Миллионы людей этого мира живут без твоей помощи! — прокричала я туда, где, по моему мнению, находилась камера.
— Ты не говоришь мне, кто убил Натали, и я нахожу этому лишь одно логичное объяснение: убийца никак не связан со мной. Это был лишь повод заманить меня сюда. Умно, Шульц!
Развернувшись, я отправилась в ванну, наивно решив, что там хозяин пентхауса камеры не поставил. Вряд ли он позволит охране подсматривать за чужими прелестями. Скинув одежду на пол, я включила мощный поток воды, набирая полную ванную.
