— Увы, — женщина пожала плечами и, негласно попрощавшись кивком, безмолвно удалилась.
Не прошло и часа, как терпение внутри лопнуло. Плюнув на гордость и твердое внутреннее правило — не звонить Конраду, я в отчаянье набрала его номер. Мужчина ответил после третьего гудка.
— Что-то произошло? — босс был собран, сосредоточен, холоден. Никакого тебе «привет», или «как дела?». Все по делу, по существу. Но почему-то именно это и заставило меня, скрипя зубами, бороться с желание сбросить звонок.
— Мне нужно вернуться к работе, — не став ходить вокруг да около, заявила я, тяжко вздыхая.
Импульсивно поднявшись на ноги, подошла к панорамному окну и уставилась вниз, где люди, словно мелкие мошки, бегали по своим делам. А я будто была отдельно от всего мира, заточенная в башне.
— А я хочу, — жестко заявил он, будто мои проблемы в соотношении с его текущими задачами были чем-то совершенно глупым и не важным, — чтобы ты отдохнула, Эмми. Восстановилась после всего, что произошло за последние дни.
"
"— Я уже это сделала! Прошу, дай мне вернуться! — воскликнула я, сама не понимая, насколько жалко это прозвучало. Будто наркоман, пытающийся убедить всех, что он давно слез с иглы. И при этом находящийся под кайфом.
— Ты собираешься увольняться, забыла? — с сарказмом пропел Конрад, а затем тяжело вздохнул и, судя по звуку сминавшейся кожи, откинулся на спинку кресла. Я четко уловила, как рядом с собранностью в его голосе проскользнули тотальная усталость и даже некое бессилие.
— Не знаю, Эмми. Займи себя чем-то. Что там делают люди в свободное время? Прочитай книгу, посмотри сериал… Мне действительно нужно это тебе объяснять?
— Книгу? Сериал?! — ужаснулась я, остолбенев на месте. Голос вдруг зазвучал непозволительно громко, будто я медленно начинала сходить с ума. Возможно, так и было. — Конрад Шульц, мне нужна моя работа!
— Хорошо, — рявкнул он после тяжело вздоха. — Сейчас я попрошу Барбару. Она даст тебе мой рабочий ноутбук.
Зайдешь на корпоративную почту и выполнишь парочку простых документальных заданий.
От радости я едва не взвизгнула, с трудом удержавшись на месте. Сердцебиение волнительно ускорилось, а по телу разлилась приятная нега.
— Спасибо, — слова дались мне необычайно тяжело, будто Шульц не заслуживал подобного. Но я решила, что раз требую к себе человеческого отношения, то должна давать его другим. Внезапно один вопрос заставил меня поморщиться и напрячься.
