— И не смейте пользоваться мое кроватью, ясно, мм?
Я не знала этого парня и не хотела знать. Он был для меня живым образцом, подопытным кроликом. Тем, с кем я просто собиралась переспать и убедить себя в том, что Конрад не тот единственный, с кем так прекрасно во время секса. Таких мужчин много, просто вселенная решила подшутить, решив подарить первый в жизни оргазм именно с боссом."
"Наливая чай Заку, я вела с ним непринуждённую беседу, думая о том, что о нашей маленькой интрижке никто никогда не узнает. Особенно Шульц, не терпящий посягательств на «свое».
И не было в этом любви и ревности. Босс либо первый, либо… первый.
Часть 26
Конрад сидел в своем домашнем кабине при свете всего лишь одного торшера с теплым мягким желтым светом, падающим на темно-бардовое кресло и ноутбук. На нем были свободные серые брюки и черная рубашка поверх белой майки. Босые ноги были привычно закинуты на стол. Перед запуском смартфона, способного поднять «Шульц Индастрис» на новый уровень мирового господства, мужчина вдумчиво и дотошно проверял последние организационные, технические и документальные моменты…
Сразу после благотворительного вечера Шульц дал прямое распоряжение изъять все записи камер видеонаблюдения из зимнего сада и только недавно вдруг решил пересмотреть их сам.
Покоя ему не давал один странный момент: зачем Филипп Майер забрал платье Эмми себе? Мужчина видел в этом жесте нечто больше, нечто настораживающее. Подозрения снова и снова отвлекали от серьезных задач, заставляя странное чувство внутри отзываться неприятной щекоткой.
Служба охраны «Шульц Индастрис» тайно наблюдала за Майером долгие месяцы, и вот последние дни он будто залег на дно и по оперативным данным не выходил на улицу. Конрад снова попытался вернуться мыслями в работу, но в этот раз ему захотелось проверить кое-что иное: что делает Эмми Браун?
Он криво усмехнулся, представляя ее в черных кружевных трусиках, закутанную почти голышом в одеяло, сладко сопящую в своей постели. Мужчина издал глухой звук и шире расставил ноги, ощущая, как член каменеет.
Конрад отставил ноутбук, пройдясь ладонью по налитой кровью головке. От одной мысли, что еще недавно на ней были губы Эмми, член одобрительно вздрогнул, а дыхание мужчины ускорилось, будто после забега в марафоне.
Теперь Конрад хотел ее так часто, что это начинало сводить его с ума. Мужчину все чаще одолевала неправильная мысль: почему он раньше не замечал эту ее скрытую сексуальность? Ответ был прост: мужчине было невыгодно ее замечать.
