– Не боись, к сожалению, останешься полностью одетой. Садись давай.
– Ну, – нервно выдает Наташа, усевшись в кресло.
– У тебя сколько телевизоров в квартире?
– Эм… один.
– А сколько унитазов?
– Один.
– Что и требовалось доказать. Выбрав себе первого мужчину сверстника, у которого вообще может не быть ни одного унитаза и телевизора – это априори наличие бытовых конфликтов. То ли дело я, у которого пять ванных комнат и несметное количество телевизоров. Понимаешь к чему я веду?
– У тебя так много унитазов и телевизоров, что ты готов, ох, простите, вы готовы, отдать их мне?
– Хрен тебе.
Свое – никому не отдам. Итак, Наталь Санна, чего ходить вокруг да около, давай поэкспериментируем. Для тебя эксперимент – отношения с предпенсионером в качестве первого мужчины. Познание прелестей секса и не только. Для меня эксперимент – отношения с девственницей. Кстати, пока ты не сказала громкое «нет», подумай, что для тебя одни только плюсы.
– Типа унитазов и телевизоров?
– И не только.
Нюансы и табу обговариваются на берегу. Ну так что?
– А давай.
Глава 19
Это точно не слуховая галлюцинация, а еще одно доказательство, что Наталь Санна, аналогично мне, уже сама не может жить без обоюдных провокаций. А то, что это именно она – к гадалке не ходи. Совершенно точно сидит и ждет всплеска моей радости, параллельно придумывая в голове продолжение своего «а давай?». А давай ты губу закатаешь? А давай ты на хер пойдешь, Славка?
– А давай ты сначала сходишь к терапевту, – да ты ж моя лапочка.
Что и требовалось доказать. – Сделаешь ЭКГ, УЗИ сердца и сдашь самые простые анализы, заодно и весь липидный спектр, чтобы не дай Боже не помер на мне во время первого секса от инфаркта. А заодно и писюн свой проверь, мало ли чего на него прицепилось во время других сношений.
– Господи, как от сердца отлегло, – демонстративно прикладываю руку к груди. – Я уж было подумал, что все. Потерял Натаху. Ан нет, жива родненькая.
Вот удивительное дело, другому за такую речь я бы точно навалял.
А тут еще и улыбаюсь как дебил, смотря на эту наглую малолетку.
– У меня длинная линия жизни, не дождетесь, Вячеслав Викторович. Ладно, дел много, так что вынуждена откланяться, – резко встает со стула, на что я тут же ее останавливаю, вставая следом.
– Стой. А спотыкаться когда уже начнешь? – встаю напротив нее.
– В смысле?
– Про курицу не слышала?
– Я не только слышала, я ее еще и ем.