Лекки из королевской лечебницы смотрели и помочь отказались. Сказали, что не знают, как такое лечится.
Она ещё что-то говорила, а я уже отодвинула мужчин в сторону и посмотрела на неё более пристально.
- Погодите, уважаемая, как вы поняли, что я принцесса-лекка?
- Так у вас карета королевская и мне сказали в приюте, что ждут вашего появления сегодня утром.
Речь женщины была правильной, на меня она смотрела прямо, без подобострастия. Это наводило на определённые мысли.
- Вы хотите сказать, что отдали своего ребёнка сюда, так как сами позаботиться о нём не в силах?
- Да, всё верно, - кивнула незнакомка, - меня зовут Нишка, я сюда прихожу так часто, как могу, чтобы проведать своего малыша и поухаживать за ним, вот сегодня уже поменяла повязки на его голове.
Одежда женщины была старой, застиранной. Лицо осунувшееся, с кругами под глазами. А ведь когда-то она была красавицей.
- Лисса Ярроу, - вдруг окликнул меня один из стражников, - я её узнал: это одна из бабочек самого злачного дома терпимости в другом конце города.
Где живут криминальные элементы. Вам не стоит помогать таким, как она...
- Погодите, уважаемый, - подняла я руку, останавливая мужчину, - позвольте мне самой решать, кому помогать, а кому нет, - после чего кивнула женщине, - пройдёмте, я осмотрю вашего ребёнка.
И такой надеждой засветились глаза бедной женщины, что мне стало её очень жаль.
- Вы просто посмотрите, - заметив в моих глазах раздумья, засуетилась женщина, - более ничего не прошу.
В доме малютки было чисто.
Светло. Дети, бегающие по коридору, умыты и опрятно одеты. Мне оставалось лишь ещё раз убедиться, насколько Николас предусмотрительный человек.
Меня встречала целая делегация из местных работников.
- Приветствуем Вас, лисса Ярроу! - воскликнула моложавая женщина в строгом тёмно-сером платье, чуть пухловатые пальцы быстро приподняли ткань юбки, и она присела в изящном книксене, - меня зовут Поли Ваасе, я управляющая Домом малютки номер один. У нас их несколько по городу, и везде свои управленцы.
Я кивала, задумчиво осматриваясь вокруг.
- Простите, - перебила я женщину, когда поняла, что сейчас начнётся экскурсия и до ребёнка мы можем не добраться, - можно мне сначала взглянуть на ребёнка уважаемой Нишки?
Поли Ваасе только сейчас обратила внимание на женщину, стоявшую от нас чуть в стороне, и глаза её сочувствующе сверкнули. Мне понравилось её отношение, если Поли может сопереживать, значит, и к детям должна хорошо относиться. А не делать вид.
