Мы поняли друг друга?
— Но Риточка…
— Вон! — прорычала я с видом питбуля.
Видимо догадавшись, что сейчас — не лучшее время для продолжения разговора, Паша стушевался и, развернувшись, врезался в дверь. После чего, все же открыв ее, вышел из квартиры.
Я же, нервно вдыхая воздух и сжимала кулаки, почему-то не обольщалась мыслями о том, что он и вправду больше сюда не вернется.
ГЛАВА 27. Доброе утро
Удивленно моргая, я смотрела на собственную руку. Где на запястье появилось три светящиеся голубые полосочки, одна из которых, внезапно покраснев, вспыхнула и исчезла.
После чего две другие, медленно побледнев, растворились — словно потухли.
Это было странно: проснуться с пониманием того, что внутри тебя растет другой человек. Пускай живот пока не начинал расти, а до первых шевелений оставалось порядком времени, я четко и ясно ощущала его присутствие. Не только знала, потому что это знание перекочевало в мою память! Именно чувствовала.
Еще страннее было четко и ясно осознавать, что женщина, которая лишь минувшим вечером была в этом самом теле, не испытывала к этому маленькому человеку совершенно ничего.
Никакой нежности, ожидания, трепета… просто безразличие с толикой раздражения из-за того, что по вине этого человечка она несколько недель мучилась от тошноты, не могла переносить резкие запахи и попивать по вечерам любимое вино. А еще — брезгливо морщилась от воспоминаний о том, как навязанный родителями супруг, в одну из ночей, весьма деликатно зачал ей этого ребенка, после чего более ее не беспокоил.
"
"Вздрогнув, я коснулась ладонями живота, и уже через минуту поняла, что искренне улыбаюсь, даже на миг не сомневаясь: несмотря ни на что, я стану для этого ребенка мамой, которая будет искренне, всем сердцем любить своего малыша.
Уже постфактум я поняла, что это нехитрое движение было первым, что я сделала, оказавшись в новом теле.
А вторым был взгляд, брошенный на черный браслет на моей руке.
Браслет, который с каждой секундой становился все прозрачнее.
В голове вертелись смутные воспоминания прошлой хозяйки тела.
О том как она, лежа в бреду после отравления, затуманенными глазами смотрела на мужчину в черном плаще с капюшоном, из-под которого не было видно ничего, кроме ярко-голубых глаз. Мужчину, который надел этот браслет ей на руку, прежде чем сознание покинуло ее.
…Но вот уже миг спустя, когда загадочное украшение полностью исчезло, это эфемерное воспоминание тоже испарилось. А я, приподнявшись в постели, прижала ладонь к закружившейся голове.
