Слова перевода, они застряли где-то в горле горьким комом, но отчаяние… Я познала слишком много его граней, чтобы не суметь справиться сейчас.
Бывало и хуже, Кей, бывало и хуже. Ты сильная, ты выдержишь.
Поклон, традиционный, яторийский, и я начинаю переводить тому, кто в переводе не нуждался… – Чи превосходно знал гаэрский. Но едва ли взглянув на министра, он глухо произнес на яторийском:
– Легко соблюдать этикет, когда сыт.
Я могла бы сдержаться, но не стала, и все так же глядя в пол, все в той же позе почтения, тихо ответила на яторийском же:
– Невеста и флайт, чем новей, тем лучше.
И, выпрямившись, с вызовом посмотрела на него.
Я видела, как мгновенно и угрожающе сузились его глаза, на хищном лице отчетливо проступили желваки, я помнила о том, что переводчик – суть инструмент, мне в принципе полагается молчать и только переводить, но… я не хотела, чтобы ему было больно, так же больно, как мне, и потому нанесла второй удар, произнеся на языке, которому меня обучил Исинхай и который, как выяснилось, Чи превосходно знал:
– За излишней скромностью скрывается гордость.
Я искренне рада, что твоей невесте есть чем гордиться, ведь ты проводишь ночи в ее постели. Несомненно, соблюдай я традиции твоей планеты, украсила бы свою прическу такой же заколкой.
И серая муть отчаяния в его глазах медленно сменяется ненавистью. Был ли у него повод для ненависти? Чисто объективно – нет. Он сделал свой выбор, и я дала понять – я знаю, что он со своей невестой спит. Ложью было сообщить, что мне тоже есть с кем проводить ночи, но я солгала.
В очередной раз.
«Что ты видишь, когда смотришь в зеркало, Кей?»
«Я вижу ложь, Чи, я вижу только ложь».
«Мисс Рид!» – с яростью прошипела Барбара.
Работать, Кей, работать.
И я откровенно лгу министру инопланетных дел Гаэры о том, что господин премьер-министр Ятори искренне рад встрече. После перевожу ее слова, перевожу идеально правильно, несмотря на то, что превосходно знаю – он понимает каждое слово миссис Эвертан, и в принципе ему полагалось бы сообщить об этом, и тогда по протоколу мне следовало тихо исчезнуть и не мешать переговорам… Но Адзауро умел делать больно и потому всем своим видом продемонстрировал, что очень сильно нуждается в переводчике.
Добро пожаловать в пыточную, называется.
Я отгородилась от ситуации, как могла. Я заставляла себя безразлично следить за ситуацией, не позволяя туману слез росой опасть на ресницы. Я знала, что выдержу. Знала, что сумею выжить.
![Обложка книги Афера [СИ]](/uploads/posts/images/5/afera-si.jpg)
