Скажи, на каком примерно расстоянии должен находиться артефакт? Что это может быть? И как его вообще можно активировать?
Я говорила и говорила, стараясь заполнить тишину в помещении. А сама боялась поднять на чернокнижника глаза. А что, если это правда не артефакт? Что, если мы действительно истинная пара? Ну так, в порядке общего бреда. Ведь в какие-то крайне редкие моменты он меня практически не бесит. Браво, Касси! Шикарный аргумент в пользу истинности – потенциальный партнер и возлюбленный тебя почти не бесит.
С таким же успехом твоим истинным может являться почти все мужское население королевства, а, возможно, и зарубежья.
Да и вообще, зачем сейчас нужны эти предания об истинных парах, указания и знаки богов? Неужели мы сами не можем распознать того, кого сможем полюбить? Я лично ни по чьей указке любить не собираюсь! Так что идите вы все к демонам со своими истинными парами!
Рейстлин вдруг изобразил звук, напоминающий кашель, а я сообразила, что так рьяно прошлась перьевой ручкой по бумаге, на которой конспектировала важные моменты, что превратила ее в обрывки.
Выпрямившись на стуле, я посмотрела на попугая, напоминая о своих вопросах по поводу артефакта.
– Здесь практически нет информации, – с сожалением отозвался маг, а я, вдруг поймав на себе его взгляд, сообразила, что он тоже меня изучает. Как какую-то диковинку, словно тоже прикидывая, насколько правдивыми могут быть рассуждения об истинности. Нет уж, увольте. Я не собираюсь быть лошадью, у которой рассматривают зубы в размышлениях, стоит приобрести или нет.
И только я открыла рот, чтобы высказать все, что думаю, как раздался стук в дверь, и служанка сообщила, что прибыл Николас Монтегю.
Глава 24
Беседовать со своим закадычным приятелем Рейстлин улетел в малахитовую гостиную на втором этаже. А я, усмехнувшись, поднялась в небольшой чулан рядом с ней. Здесь была прекрасная слышимость, и именно на нее я надеялась, предлагая гостям перейти в эту комнату.
Сама же я с удобством залезла на комод, в котором хранилось постельное белье.
Теперь могла подслушивать, сколько моей душе угодно. В такое время слуги в этот чулан не забредали, значит, мне никто не помешает.
А гость тем временем насмешливо интересовался у чернокнижника:
– Я смотрю, ты все летаешь. И как она, жизнь с высоты птичьего полета?
– Ник, если ты сейчас не закроешь свой рот, то я найду хорошего мага трансформации, и ты у меня закукарекаешь, – усталым голосом отозвался попугай.
