К принесенному чаю парень даже не притронулся. Одиноко и печально выглядело и пирожное. Промышленный шпион местного масштаба явно кого-то ждал.
Я оживленно несла чушь, не сильно, впрочем, повышая голос. Рейстлин время от времени мне поддакивал, олицетворяя собой образец смирения. Типа, ну баба, что с нее взять?
А я уже начала уставать от бесконечного монолога ни о чем. Нет, серьезно, вы когда-нибудь пробовали на протяжении длительного времени глупо хлопать глазами и нести всякую чепуху? Честное слово, сообщнику Бонне лучше бы уже появиться.
Несколько часов такого времяпрепровождения я просто не выдержу!"
"Еле слышный скрип половиц стал ответом на мои мольбы. Через мгновение на стул напротив лаборанта опустился странный субъект в мантии мага, со странным, незапоминающимся лицом. Его облик словно ускользал от взгляда и не желал задерживаться в памяти. Я даже не сразу осознала, что это магия – странная, непривычная. Не иллюзия, не отвод глаз. Что-то совсем иное.
– Маскировочная магия, – словно подслушав мои мысли, одними губами сообщил мне Рейстлин, а я чуть не хлопнула себя по лбу.
Ну конечно! И как я забыла? Маскировочная магия – сложная, редкая, она активировалась специальными дорогостоящими амулетами, которые разрабатывались специально для Тайной службы короля. Благодаря ей, шпионы его величества долгое время оставались неузнанными и могли успешно выполнять задания. Достать такие амулеты в свободном доступе невозможно, слепить из подручных материалов – тоже. И, если так, то кем же был тот человек, что сейчас сидел напротив Бонне? Насколько он опасен?
Бонне при виде незнакомца слегка поежился и неуверенно кивнул в знак приветствия.
Пришедший же время тратить не стал.
– Зачем ты активировал артефакт связи так рано? – глухим, неестественным голосом спросил он. Сначала я грешила на магию, потом поняла – все дело в том, что незнакомец пытается изменить свой голос без должных навыков. И в итоге выходит вот это.
– Произошел форс-мажор, – затараторил Бонне. – Кинстер добился какого-то разрешения, сроки разработки и презентации перенесены на более ранний срок.
– Разрешения? – от удивления голос незнакомца потерял свою неестественность, вот только узнать его я все равно не могла. Видимо, этот человек не входил в круг моего общения. – Странно, что я об этом не знал.
Бонне промолчал, но ответ и не требовался. О статусе собеседника и его возможностях он знал явно не больше нашего. Он просто пешка, которая влезла в игру не по своим силам.
