Даже меня согласился пустить внутрь! При условии, конечно, что Рейстлин проследит, чтобы я ничего не натворила. И последнее безумно обидно. То есть какому-то левому мужику он доверяет, а родной внучке нет?"
"– А что здесь такого? – не понял Рейстлин, сидя на подоконнике и ожидая, когда наступит закат. Приступать к приготовлению маячка до превращения в человека он не собирался. И даже мое предложение помочь все подготовить не оценили. Мрачно посмотрели на меня и посоветовали ждать. А мне не сиделось.
Я бродила по лаборатории, суя свой любопытный нос в шкафы и пробирки. С одной стороны, здесь все напоминало бабушкину лабораторию, а с другой, все совсем иначе. Никакого котла и в помине не было. Огромное количество приборов, работающих на магии. Много увеличительных стекол, пробирок, порошков. И куда как меньше трав.
– Ну как же! – я чихнула, понюхав угольную пыль. – Нас дед сюда в принципе не допускает.
– Я его понимаю, – мрачно отозвался Рейстлин. – Будь любезна, поставь кислоту на место и не вздумай ее открывать.
Если хотя бы капля упадет тебе на руку, ты получишь как минимум ожог.
– Рейстлин! – возмущенно воскликнула я. – Не считай меня полной дурой, пожалуйста. Я даже не собиралась ее открывать. Мне просто показалась, что крышка неплотно закрыта и… Ай, – скользкая пробирка выскользнула из рук, но, на мое счастье, была перехвачена стремительно спикировавшим попугаем. Удерживая ее в клюве, он перелетел на стол, поставил пробирку и резко скомандовал:
– Сядь! И больше ничего не лапай.
Иначе отправишься спать. Расстояние нам позволяет.
Надувшись, я опустилась на кресло. Вот почему со мной вечно как с ребенком? А как целовать, так я сразу достаточно взрослая. Кстати, о поцелуях…
– Рейст, а, Рейст, – позвала попугая я.
– Что тебе, чудо? – вздохнул чернокнижник. Заметно, что он чуть ли не секунды до заката считает.
– А что за желание я тебе должна? Рассказывай уже. Николас точно не подслушает, – потребовала я.
– А твой дедушка? – ехидно поинтересовался Кинстер.
– А что дедушка? – я машинально оглянулась, словно рассчитывая найти деда где-нибудь за стеллажом с приборами. Или вон там, у окна возле личных архивов.
– Ты всерьез полагаешь, что он пустил нас в лабораторию и никаких подслушивающих заклятий не поставил? Я бы на его месте не был так опрометчив, – невозмутимо отозвался попугай.
– Ты слишком подозрителен, – упрекнула я.
