Он дал этому миру трёх сыновей. И мне хочется надеяться, что ему не будет стыдно ни за одного из них. И он надеялся, что каждый из них укрепит род по мере возможности. Если же в силу здоровья какой-то из них не сможет, то Альберт завещал, чтобы остальные позаботились о нём так, как будет необходимо.
Всё присутствующие уверены, что речь идёт о Марке. Но только самые близкие знают — бабушка говорит о Родионе. И смотрит она во время речи в его глаза.
Произносит прощальные слова, поднимая бокал. Родион допивает до дна.
Злата лишь пригубляет.
— Хорошее вино. Не понравилось?
— Понравилось… — облизывает губу.
— Выпей. Всё под контролем. Расслабься немного.
Кивает. И снова делает вид, что пьёт, смачивая губы.
Ну нет, так нет…
Несколько человек поднимается по очереди ещё, чтобы выразить соболезнования и сказать свои речи. Встаю следующим.
— Самым важным для отца всегда было держать дела семьи в порядке. И в знак уважения к нему, необходимо всё вернуть на круги своя. Да, брат? — взмахиваю бокалом. — Выпьем за это.
Чтобы мечты и дерзания отца реализовали мы — его дети.
Чуть заметно морщась, Родион в очередной раз выпивает. Присаживаюсь на место и сжимаю бедро Златы под столом. Пора…
Гости общаются. Рядом с Родионом пустые стулья. Присаживаюсь.
— Я удостоен беседы? Вау.
— Говорят, завтра ты улетаешь, Родион.
— Эта страна не для меня. Как и этот скучный бизнес. Я его продал. Ты в курсе, наверное. Такой щелчок по носу ты не пропустишь. Оставил себе небольшой поток с доли акций. Мне хватит на Лакшери! И ты ни-че-го не сможешь с этим сделать, отец, — недобрая усмешка.
Зрачки расширены, взгляд плавающий.
— Брат! — поправляется он, встряхнувшись.
Его пальцы мажут мимо бокала. Координация нарушена. Поплыл…
— Лакшери… — задумчиво смакую я это слово. — Окей.
С другой стороны, напротив меня садится человек Волкова. Гипнолог. Темноволосый худощавый мужчина с орлиной внешность. Влад. Волков уверял, что он спец.
Влад ловит удивлённый взгляд Родиона. Они зависают глаза в глаза. Влад протягивает Родиону часы с секундной стрелкой.
— Вы обронили…
— Я?!.. — гротескным движением Родион опускает голову.
— Это Ваше, — внушающе. — Посмотрите. Посмотри внимательнее… Раз… Два… Три… — в такт движения секундной стрелки.
Ухожу распорядиться, чтобы тихо выставили охрану Родиона. У меня здесь целая армия. Злата уводит бабушку. Ей ни к чему лишние потрясения. Поминки закончены."
"Когда я возвращаюсь, Родион с воплями ужаса стряхивает с себя несуществующих насекомых.
