Нобиль шагнул к небольшому столику, стоящему перед Лордом и посланником из Дисса. Посмотрел на сжавшуюся, притихшую публику, взял со стола жетон Стража, поднял с пола мою сумку и вскинул ее на плечо.
Скользящие движения, все происходило очень быстро, одно моргание и Камачо уже двигался обратно к арене.
Сердце прыгнуло, я замычала.
Что бы он сейчас не делал — доверяла я абсолютно, но сдавливающая меня клешня опасно дрожала… мало ли…
Быть пойманной, пусть из-за неудачного сидения на полу или из-за упадка сил, да по любой причине — ужасно.
Ощущения, скажу прямо, отвратительные. Холодные плитки пола, угрозы лайгера и никакого шанса подняться самой. Большие мальчики меряются… возможностями, а мне остается только дождаться итога. Камачо, надеюсь, ты точно все просчитал.
— Эй, — напряженно сказал ему вслед лайгер. Обе его руки были заняты. Из одной он энергию направлял на Башню, другой — вкачивал силу в Акосту. Даже зубами до жетона дотянуться он не успевал. — Офицер, мне нравится ваша настойчивость, и я даже готов вам уступить второй из призов — девочку.
Если вы сейчас отдадите мне маленький путевой Осколок, а потом поедете со мной … Представьте, Дисс…"
"— Нечего там представлять, — сварливо выплюнул Лорд. — Я требую официальных объяснений. — Вы появляетесь внезапно, без вверительных бумаг, меняете правила схватки, забирая призы, командуете, словно на Осколке нет Лорда…
Он выпятил вперед нижнюю челюсть, надул губы и тряхнул спутанной шевелюрой. Крошечные виньетки тумана, похожего на дым, проявились в прядях, вытянулись дымом вверх, словно Лорд тлел головой.
Секунда и вокруг Пейрена заклубилась почти непроглядная аура. Худощавое лицо резко обтянуло кожей, тонкий рот по лягушечьи растянулся. И он, и нечто другое, измененное хаотическими эманациями, искривленное душевно и физически.
Но все отростки тумана, вившиеся за плечами, направлены были исключительно в противоположную от незваного гостя сторону. Пейрен скорее напоминал, кто он и какой властью обладает, чем действительно был готов сражаться.
— Забываешься. И ты, и твой офицер, — шелестящий голос зазвучал громче. Лайгер. Он тоже встал, длинное одеяние с капюшоном хлопнуло полами, будто под сильным ветром. Изнутри выглянула тьма, змеиной гибкостью извернулась, переставая изображать обычные человеческие движения. Если ЭТО и было когда-то человеком, то очень давно.
Пока двое измененных оценивающе мерили друг друга взглядами, зрители начали отползать с трибун. В прямом смысле. Спускались на пол и ползли.
