А я нацелилась на только что освобожденное кресло у дальней стены гостиной.
Так мы обычно и проводили время. Сестра активно общалась, радовалась новым знакомствам, я же — изучала столичную жизнь с безопасной позиции наблюдателя. И спокойно обдумывала сложившуюся для меня ситуацию с поступлением. Завтра придется забрать документы из академии и подать заявление в ветеринарный. Говорят, туда с удовольствием берут пси-зарегистрированных. Считается, если мы можем видеть темных тварей, то вообще чувствительны и понимаем животных.
А они тянутся к нам.
Вот уж не уверена. Из всех природных созданий явный интерес ко мне испытывала только мошкара. Да и вряд ли обрадуются в институте, когда я честно признаюсь, что проучусь у них только год.
— Тоже не любишь танцевать?
На соседнем кресле, отделенным от моего только инкрустированным деревянным столиком, сидел худенький паренек, такой хрупкокостный на вид словно в любой момент мог осыпалься стеклянным крошевом. К моему изумлению, на его плечах красовался гасовский китель.
— Ага, — вздохнул он, поймав мой взгляд, — приняли. Не уверен, нужно ли мне это. Но сестра настаивала. Хочешь?
Он взял со столика и протянул мне бокал с красным, источающим запах специй, вином. И я ошеломленно глотнула, даже не почувствовав вкуса.
Где справедливость? Я мечтала! Два года готовилась как проклятая, тренировалась, собирала документы. А тут человек без всякого желания, весь в сомнениях нужна ли ему академия. Но взяли его, а не меня.
— Нобиль? — спросила я, внимательно рассматривая растрепанные русые вихры и оттопыренные уши счастливчика.
— Не. Обычный горожанин, куда мне до аристократов. Но — инициированный.
Некоторое время мы молча пили, рассматривая танцующих и думая о своем.
— А я не поступила, — вдруг честно призналась я. Не знаю, что меня за язык потянуло практически признаться в наличии неактивного пси-потенциала. Обычно я не была откровенна с незнакомцами.
Некоторое время мы помолчали. А что тут скажешь, всем известно, комиссия не ошибается.
Я глотнула сладковато-горький напиток и покрутила бокал. Рубиновая жидкость перетекала медленно, была совсем не похожа на легкое водянистое вино, которое я впервые попробовала на выпускном.
— Эй, Фарби, — кто-то ухитрился перекричать музыку, — не видел рыженькую девчонку?"
"По широкой спине и практически белым коротким волосам я опознала Олафа с улицы. Он разговаривал с еще одним гасовцем на краю танцевального круга, разглядывая косящихся в их сторону девчонок.
