Не успела я заорать от страха, как сверху, прямо с потолка на меня свалилось пушистое, теплое нечто. Прямо на голову. И запищало:
— Ииииии! Помогиии!!
Пару секунд я дралась с собственным прикормленным хаоситом, который облеплял мне лицо и вопил тонким срывающимся голоском. Что-то совсем близко ухнуло, зарычало. Подскочив на перине, я от страха удвоила усилия и, с силой отодрав с глаз край трясущийся «юбочки», увидела метнувшуюся в проем тушу. Передвигающуюся по потолку.
Мать! Можно закрыть дверь и постараться забыть случившееся, но я себе этого никогда не прощу.
Спрыгнув с кровати, как есть, босиком, я рванула следом.
— Яя! Слезь с меня!
— Ни-и… за-а… что-ооо!
Проклятие! В прыжке, сдвинув яичницу на затылок как шляпу, я махнула в коридор. И в полумраке ночного дома, наконец, хоть как-то разглядела удаляющегося от меня монстра. По потолку ловко передвигался на четырех конечностях… человек, судя по голому телу. Или монстр, если принимать во внимание сероватый цвет и гибкие паучьи движения.
Я мчалась, поддернув вверх подол ночной рубашки, сдвигая назад замолчавшую от ужаса, но все еще пытавшуюся заползти мне на лицо яичницу, и думала: «А если я его догоню… что буду делать-то?»
Мы неслись по бесконечно длинным коридорам, сворачивая на внезапно открывающиеся ответвления, лестницы, переходы. Пару раз я больно билась о мебель, не успевая уклониться. Зато тварь ловко открывала двери и ни разу не завела нас в тупик. Кто-то отлично знал дом и планировал меня измотать, сбросить с хвоста.
Когда после отбора на первый курс Сантана впервые провел тренировку с отягощениями, заставляя нас бежать целый день с грузом за спиной, и к ее завершению я была из тех, кто остался на ногах, ритор сказал: «Упрямая девчонка, ты не остановилась бы, пока не упала без сознания… мне нравится!»
Сейчас монстра выручало только знание дома и чудовищная ловкость, хотя беги мы по прямой…
Обдумывая эту мысль, я ударилась бедром об очередной комод. Скоро стану похожа на местных обитательниц, невыспавшаяся и в синяках.
Что ж… пора! В начале очередного длинного коридора я пошла ва-банк. Вложилась в скорость, в отрешение от всего… Я — стрела, у меня нет рук или ног, есть только цель впереди. И мир смазался, ушел из зрения. Осталась одно — по-паучьи перебирающая ногами скособоченная фигура. Все ближе, ближе. Я вижу оглядывающееся серое лицо, провал вместо рта. Прыжок."
"И в моем захвате нога. Неожиданно волосатая и мускулистая.
