Теперь все три жизни снесли, — сообщил Гончая, обнаружив, что мы с Лукасом опять судорожно роемся в мешках. — Хватит, вы меня убили и все такое.
Он засунул плетку за пояс и, осторожно отходя от меня подальше, поднял одну руку, второй продолжая прикрывать мужские драгоценности. Весь в синих разводах, он по-прежнему смотрелся пугающе.
— Подожди! А у всех хаоситов три жизни? — Я встала на ноги, приподняла маску и вытерла рукавом градом текущий пот.
Если реальные прорывы такие же трудозатратные, мои любимые булочки с изюмом можно есть тоннами, все равно с такой нервотрепкой не поправлюсь.
— Конечно, не три. У всех количество жизней разное. Пока не снесете полностью, не узнаете. Ты, кстати, в первый раз в пах в тесте попадаешь? Если в первый, засчитывается как случайность, если второй — выбываешь.
— Первый, — призналась я. — Извини, случайно получилось, клянусь.
— Да ладно, — мы пошли сдавать гражданского и развоплотившаяся Гончая потрусил рядом с нами. — Я год назад точно также нечаянно мячиком в пах Башне попал.
Теперь вот, хаоситом назначили, риторы все помнят.
— А где те, которые до нас с тебя две жизни снесли? — поинтересовался Лукас. Ему «отключили» правую руку, но он не унывал. Счастливчик одинаково хорошо пользовался обеими руками.
На вопрос старшекурсник отвечать отказался категорически. Чем навел меня на мысль.
— А давай небольшой крюк сделаем? — предложила я, когда, сдав «соломенную шляпу» мы понеслись снова на тест.
Кто-то из Стражей до нас дважды попал в Гончую, но не убил.
А перед этим старшекурсник вскользь упомянул инвалидов. Проломившись по следам поверженного нами хаосита, мы довольно быстро набрели на… спокойно сидящую в траве парочку Стражей. У одного из них в красном была вымазана рука, у второго нога. Оба сняли маски и о чем-то спорили.
— Привет, — сказал Уго, с которым мне и не очень-то хотелось опять сталкиваться на полигоне. — А нас все, из игры выключили. Вы тут поосторожнее. Только что нас Гончая поимела, может где-то рядом носится.
Если твое хорошенькое личико, Маккой, разобьют, совсем по-другому могут пойти дела.
— Да хватит ее задирать, — раздраженно сказал второй, с измазанной красной краской штаниной. — Даже если она и спит с кем-то, ее дело. Да мы все здесь с кем-нибудь тремся из-за лишней пси-энергии. А когда начнем боевые эликсиры потреблять, всем вгонят противозачаточные, чтобы посудомойки местные с животами не бегали.
— Привет, парни.
