Учитывая, что мне пришлось хитростью выведать место проживания монстра, обвешанный каплями мелаган был того возраста, который не мог быть пропущен периметром, а студентка противостояла мне физически, я сделал вывод: Маккой — поставщик запрещенных препаратов. Жаль я в таком состоянии не могу таращить глаза. Чего я поставляю? И главное — кому?
— Кхм. Чем дальше, тем серьезнее обвинения, — сказал Сантана. — Не знаю, как у коллег, но у меня сразу появилось три вопроса. Первое — препараты запрещены для гражданских, но Маккой официально является студентом академии Стражей.
Напоминаю, со второго курса у нас разрешены чернильные эликсиры. А до этого мы порицаем нарушения и штрафуем. То есть налицо — необходимость административного наказания, не более. Если бы я могла реагировать, моя челюсть бы сейчас болталась в районе пола. То есть капли — просто ингредиент одного из полезных для Стражей препаратов?
— Во-вторых, учитывая постоянную работу периметра, даже если студентка пронесла зародыш мелагана, как она могла его вырастить? Есть ли вероятность, что в неверном свете или эмоциях боя, коллега Фуко ошибся с возрастом твари?
— Я? Ошибся?
Глава 3
Кто есть кто в академии
— Ладно, не ошибся.
И понимаю твою обеспокоенность. Но еще больше меня заботит третий вопрос. Как могла студентка физически напасть на своего ритора во время боя? Если первая особенность ситуации неважна, вторая — требует изучения, то вот за это я бы отчислял.
И у меня перехватило дыхание. Если так говорит Сантана, значит о продолжении моего обучения можно забыть.
За две недели общения ритор по выживанию доказал насколько упорным он может быть в отстаивании собственной позиции. Картинка перед глазами затуманилась, вот и слезы.
— Уважаемые коллеги, — произнес мягкий голос незнакомца, который встретил нас при входе. Теперь я могла с высокой вероятностью определить его как секретаря Рохо. — Мы внимательно выслушали Сезара Фуко. Может быть пришло время дать слово девушке?
А вот с этим были проблемы. Что я могу сказать по третьему пункту обвинений? Нападала физически? Нападала.
Во время боя? Да. Зачем? Спасти мелагана. Вот и приплыли.
Новый шум и спор прервали дальнейшее, увы, малопозитивное развитие ситуации. С силой хлопнула дверь и холодный голос Камачо заполнил недоуменную пустоту:
— Прошу прощение за вторжение. Мне сообщили, что студентка Маккой в бессознательном состоянии.
— Внимание, — не к месту развеселился Сантана, — вот и еще один возможный заговорщик, наследник Камачо.
