Но, увы, девчонок до сих пор не считали студентами ГАСа, мы для остальных — временное явление.
И я буду не я, но сломаю эту традицию. Я вспомнила расслабленно-равнодушное выражение лица Райдена и нацепила на лицо похожую маску.
Холл встретил меня группой из четырех парней, Альф и Бет. Кто-то смотрел с иронией, кто-то сочувствующе. Они медленно расступились в стороны, открывая новое объявление на доске. Нам никогда не сообщали рейтинги друг друга, зато вывешивали фамилии отчисленных и тех, кто оказался на грани.
По белому листу под ровно выведенным списком красовалось криво дописанное:
«Стелла Маккой — осталось 60 баллов».
Эпилог
Спутанные волосы когда-то были золотыми и гладкими, но сейчас они напоминали паклю сомнительного грязно-желтого цвета. Лири это несколько беспокоило. Со времени появления Сьюки внешний вид куклы стал немного пугающим, а девочки не должны себя так запускать.
— Может быть наденем хотя бы юбочку? — мягко предложила она.
— Ты меня таскаешь то за ногу, то за руку и юбка постоянно закрывает обзор, — сварливо отозвалась кукла.
— Лучше отрежь мне волосы.
— Папа и так тобой недоволен, — наставительно сказала Лири, — грозится выбросить страшилу. Ты же говорила, что не хочешь жить без меня.
Некоторое время Сьюки расстроено пыхтела, но возразить действительно было нечего.
— Угу. Я лучше с тобой.
— Студенты хотели тебя отправить в Хаос.
— Вот туда я точно не хочу.
— Папа говорит, — Девочка повязала бант на непослушные волосы игрушки и посадила Сьюки на стул рядом с кроватью, — что оттуда все приходят сюда, к нам.
И никто наоборот. Значит в Хаосе плохо.
Она зевнула и выключила светильник. Уже накрываясь одеялом, малышка услышала бурчащее:
— Папа ошибается.
— В Хаосе хорошо? — зевнула девочка.
Некоторое время она ждала ответа, но так его и не получила.
Когда дыхание Лири стало ровным и тихим, кукла хлопнула глазами и пробормотала:
— Отсюда туда тоже приходят.
Том 2
Отбор в академию Стражей
Глава 1
Удивительная история Прорывов
В аудитории Сезара Фуко никому другому кроме него места не было.
Великолепный ритор занимал весь предоставленный объем, накрывая нас по площади своим красноречием и харизмой. Слушать бархатный баритон следовало тихо и без вопросов, желательно восхищенно тараща глаза. Особенно ритор любил останавливаться вплотную к первому ряду, где на предмете «Общая история прорывов» сидели три девушки из шести поступивших в академию. Фуко вещал, гипнотически пронзая взглядом. До неловкости.
