Сестра, считающая себя шикарной столичной штучкой, считала своим долгом поделиться со мной секретами привлекательности. — Эля, тебе не хватает манкости, русалочьей загадки. Ты слишком прямолинейна и всегда знаешь чего хочешь. Это категорическая ошибка. Знаешь, что должна делать настоящая девушка? Танцевать в эмоциях, запутываться в них, не понимать что происходит. Разреши себе теряться, открой в себе принцессность.
Признаться, тогда я только пожимала плечами. Не понимая, как это можно переживать одну эмоцию за другой, погружаясь в переживания.
А сейчас… Кажется, я становлюсь то ли принцессой, то ли русалкой, если руководствоваться определениями сестры.
Понимаю ли я, что дальнейшие отношения с Райденом неминуемо приведут к тому, что о нас узнают? Увы, и встреча с Уго — это первый звонок.
Готова ли я разорвать нашу связь? Я даже вздрогнула. Ни за что. Разве можно своими руками уничтожить хрупкое ощущение счастья от простого нахождения рядом, от возможности смотреть на него, ловить восхищенные встречные взгляды.
Я замотала головой. Но ведь учеба для меня важнее всего, я дала себе слово, что моей цели стать Стражем ничего не помешает. А сейчас вместо мыслей о учебе, кусаю губы, волнуясь о парне.
У самой двери в корпус до меня дошло. Пока я переживала о себе, Райден сейчас рискует ради меня. Если дело дойдет до драки, штрафные баллы получат все участники скандала."
"С большим трудом, чуть не за шкирку волоча себя по коридору, я таки дошла до нашего блока. Свет в холле не горел, и, к моему облегчению, Моники в комнате не оказалось.
Не включая светильник, я быстро переоделась, вытащила припасенную вчерашнюю библиотечную булочку и прислонилась лбом к оконному стеклу.
Надо перекусить, а я вместо этого смотрю в темноту. Как там Райден? Чем закончилась стычка?
Надеюсь, драки не будет. Несмотря на всю агрессивность Уго, коробку из рук он не выпускал, сам с кулаками не лез. Около часа я как сомнамбула то смотрела в темный парк, то меланхолично жевала булку, откусывая крошечные кусочки.
От щелчка выключателя зажегся свет, я оглянулась, обнаружив взъерошенную, Монику. Волосы обычно аккуратной подруги светлым ореолом торчали во все стороны, одна лямка майки свисала с плеча.
— Ты не поверишь, — громко сообщила она, — Камачо!
— Подрался?
Мой голос звучал хрипло, с нервным скрежетанием.
— Почему подрался? — растерялась соседка. — С чего ему с ней драться?
Глава 27
Разговор в душевой
Наличие «ее» меня напрягло.
