Пробьем по системе. Возможно, просто случайный псих… Ладно, говори. Почему Элла решила, что открытки от матери?
Мэтью рассказывает о поездке Эллы в Корнуолл. О скандале.
– И об этом она тоже не подумала сообщить нам… Великолепно.
– Не думаю, что это мать. Я с ней беседовал, Мел.
– Господи, Мэтт, идет расследование…
– Еще раз повторяю, у тебя ничего этого вообще не было бы без меня.
Мелани макает палец в кофейную пенку.
– А мне объяснять все это инспектору Недоумку… Ты прав. Скорее всего, тролль.
Только инспектору не понравится, что его не поставили в известность.
– Непохоже, чтобы он серьезно продвинулся.
– Заносчивый зануда. Выглядит лет на двенадцать. Хорошо бы, хоть вполсилы работал – так он, похоже, отвлекся на какое-то убийство в Сохо. И считает меня своим персональным водителем, когда приезжает сюда. По счастью, не часто.
– Ты могла бы не вдаваться в подробности, когда будешь передавать открытки? Отмазать меня.
– То есть не упоминать твое имя?
Мэтью наклоняет голову и строит щенячьи глазки.
– В сотый раз повторяю: ты должен был остаться в органах.
Мэтью не отвечает. Мелани – одна из немногих, кто знает, почему он на самом деле ушел из полиции.
– Ну, колись. Что ты нарыл на эту мать, Мэтт? Офицер по связям с семьей считает, что она чиста.
– Я тоже. Вряд ли это ее работа. Я говорил о злобных посланиях, и она называла их письмами, а не открытками. И все же что-то здесь не так, Мел.
– О чем ты?
– Она делала вид, что хочет позвонить мужу, а по языку ее тела я читал, что она вовсе не хочет, чтобы он приходил.
Немного странно…
Мелани снова щурится.
– Так что с родителями? – спрашивает Мэтью. – Они оба чисты? И что дало телеобращение? Есть польза?
– Давай лучше обсудим, каким ты станешь отцом. Это куда интереснее.
Глава 13
Свидетельница
С Люком-младенцем мне необычайно везло, хотя сначала я этого не понимала: не с чем было сравнивать.
Честно говоря, я ожидала, что не смогу продолжать работать.
Когда беременность близилась к завершению, меня засы́пали страшными предостережениями.
«Готовься, – говорили мне. – На себя времени не останется. Некогда будет даже ванну спокойно принять».
И так далее."
"«А когда станет легче?» – донимала я, как сейчас помню, подругу – мать трех девчонок. До появления Люка оставалось недели две, и ответ подруги я никогда не забуду: «Ах, Элла, легче не станет никогда.
