— Да? Ну и смысл тогда было рвать жопу для поступления в МГИМО? Можно было не париться и пойти в посредственный институт.
Трудоустройство — такая же больная тема для Полины, как для меня Марат и его вольная жизнь в Лондоне. Подруга считает, что раз училась в МГИМО, то работодатели из лучших компаний мира должны ложиться у ее ног штабелями.
Самооценку подруги сильно завысил год жизни во Франции. На третьем курсе Полина ездила учиться в Париж по программе студенческого обмена. Там ей удалось получить стажировку в нефтегазовой компании — четвертой по объему добычи в мире.
Теперь Полина не согласна на меньшее, чем работа в «Газпроме» или «Роснефти».
— Между прочим, — ехидно продолжает, — французы пригласили меня на работу!
А вот теперь моя очередь подпрыгивать на шезлонге от удивления.
— Я не говорила никому. В мае моя бывшая начальница написала мне письмо на электронную почту. В сентябре заканчивается контракт у одного их сотрудника. Они не хотят продлевать и ищут замену. Она спросила, не заинтересована ли я.
Первый контракт на три месяца, потом годовой, а после него на три года. Зарплата легко покроет аренду квартиры в Париже, безбедную жизнь в течение месяца, и у меня даже получится откладывать!
— И ты молчала??? — возмущенно восклицаю.
— Я боялась сглазить! Вдруг они передумают увольнять того сотрудника?
— Полина, это же прекрасно! — пересаживаюсь на ее шезлонг и обнимаю. — Я так рада за тебя! Поздравляю! И когда ты уезжаешь?
На этом вопросе лицо подруги становится таким кислым, будто она проглотила лимон.
— Я теперь не знаю, соглашаться ли.
— Почему? — изумляюсь.
— Придется со Стасом расстаться.
Полина переводит грустный взгляд на голубую воду в бассейне.
— Эм… — теряюсь. — А у вас что, настолько все серьезно?
Неопределенно ведет плечами.
— Замуж он меня, конечно, не звал. И даже жить вместе не предлагал. Оно и понятно, мы всего-то месяц вместе. Но… — запинается.
— Что «но»?
Вздыхает.
— Мне так хорошо с ним, Даш. Мне иногда кажется, что он мой тот самый.
Если я откажусь от этих отношений ради работы, смогу ли я встретить кого-нибудь, кто будет лучше Стаса? И с другой стороны, если откажусь от работы, чтобы быть со Стасом, не расстанемся ли мы впоследствии и не буду ли я жалеть о своем решении?
Я аж теряюсь от таких философских размышлений.
— Понимаешь, Даш, — продолжает. — Мне со Стасом очень хорошо, но если думать глобально, то что такое — автогонщик? Ну это же несерьезно.
Я выпадаю в осадок во второй раз.
