– А этот что еще здесь делает?! – бросаю взгляд в сторону наглого развязного парня, который проходит к переднему ряду, не замечая никого вокруг.
– О, Авдеев тоже здесь?! – подмечает подруга. – Ты, Катька, глупая, такой парень на тебя глаз положил, а ты шарахаешься…
– Он не только глаз положил, но и рукам волю дал ни с того ни с сего, – отвечаю твердо, –я не терплю, когда посторонние хватают меня и зажимают у стены только потому, что им все можно.
– Вот именно, Елецкая, не зли его, Андрею все можно, запомни и не нарывайся.
Он же тебя особо не трогает.
– Да, всего лишь перепугал до смерти и отпустил.
Говорю зло и передергиваю плечами от воспоминания, как после университета спешу на остановку, хочу обойти преградившую дорогу группу хохочущих парней, но внезапно поскальзываюсь. Крепкая рука ловит меня за предплечье, сумка с учебниками падает в лужу, и я нагибаюсь, чтобы ее поднять, а уже в следующую секунду лечу спиной на стену, запрокидываю голову в шоке, столкнувшись взглядом с самим Андреем Авдеевым, звездой университета, сыном одного из самых богатых людей округа и по совместительству мэра.
Мажора, которого из московского вуза перевели сюда из-за мутной истории, чтобы не исключать.
– Зовут как? – спрашивает резко.
Его внимательные глаза проскальзывают по моему лицу и начинают темнеть. Парень, наверное, злится, потому что я умудрилась наделать много брызг, когда ремень соскользнул и сумка так неудачно шмякнулась на грязный асфальт.
– Отпусти, пожалуйста, – отвечаю как можно спокойнее.
– Ты делаешь мне больно.
Пытаюсь вырваться из цепкой ручищи, которая продолжает меня прижимать к стене, и вдруг осознаю, что Авдеев ко мне уж слишком близко стоит, буквально вдавливает меня в стену своим твердым, как гранит, немаленьким телом.
Резкий мужской хохот рядом походит на залп снаряда, заставляет меня покраснеть и продолжать молчаливые попытки вырваться из крепких рук отвязного мажора, который мог бы казаться симпатичным, если бы лицо не искажало такое пренебрежение ко всему окружающему миру.
Он смотрит на меня, как на вещь, рассматривает и немого приподнимает темную бровь с каштановым отливом.
– Я спросил, как зовут, – говорит спокойно и чуть наклоняет ко мне лицо, - ответь и отпущу.
– Авдеев, опаздываем! – слышу окрик одного из друзей парня, но он, кажется, даже не реагирует, продолжая сверлить меня непонятным взглядом.
– Катя я. Теперь отпустишь?! – отвечаю все так же ровно, на агрессию и провокацию нельзя поддаваться.
