Скидываю обувь, пиджак, остаюсь в элегантном голубом платье, приталенном с вырезом лодочкой. Пока фигура позволяет я ношу то, что было куплено для меня в дорогих бутиках...
После отъезда Димитрия, курьер доставил сюда все, что я оставила в особняке, и даже больше.
Кажется, кто-то распорядился избавиться от всех моих тряпок, а заодно и прикупить пол брендового магазина. Не знаю. Не хочу думать. Вникать. Наедятся. Слишком больно.
Новую одежду я не выбросила, а о своих балахонах забыла.
Все же общение с магнатом приучило меня выглядеть красиво.
Нравится, когда за тобой оборачиваются и смотрят в след.
Чисто потешить женское самолюбие...
Надеваю тапки, напевая популярную песенку, которую крутили по радио в автобусе, захожу в ванную, мою руки. На миг меня ведет. Хватаюсь за раковину и переношу рвотный позыв. Дышу через нос. Глубоко. Иногда, как сейчас помогает и неприятное ощущение отпускает
Включаю холодную воду. Умываюсь. А затем рассматриваю свое лицо в отражении.
Несмотря ни на что глаза у меня все так же полны веселых искорок, на щеках румянец.
Может это благодаря тому, что я больше не одинока…
Моя тайна со мной. Никто не знает об этом. Разве что мамина давняя подруга тетя Люда, гинеколог в местной поликлинике, но она никогда не откроет врачебную тайну.
Я ей рассказала свою историю. Так же, как когда-то мама, сидя на нашей кухне...
В глазах пухленькой женщины прочитала понимание на пополам с сожалением.
История Елецких повторилась.
Вытираю руки и иду прямиком на кухню.
Готовка еды, правильной и полезной, во-первых, отвлекает, а во-вторых, малышу нужно питаться, а значит и мне."
"Принимаюсь за борщ. Федька его тоже любит. Врубаю телевизор на музыкальный канал и немного пританцовываю под битовую музыку.
Нужно быть на позитиве. Для малыша. Для себя самой. Я не собираюсь ломаться.
Нарезаю капусту, но не смотря на все свои внутренние установки все же вспоминаю, как хищник зализывал мою ранку на пальце. Я тогда случайно поранилась от неожиданности, когда он оказался за спиной.
Из глаз катятся слезы. Это из-за лука. Да. И никак иначе. Всхлипываю, продолжая изрезать овощи.
Но затем случается то, чего не может быть.
Это просто невозможно.
Крепкая рука накрывает и фиксирует нож в моей...
Вскрикиваю и ударяюсь спиной о каменную стену позади меня.
Эта стена дышит и меня обдает жаром, ноги слабеют, накрывает ладонью мой живот, держит меня, чтобы я не рухнула на пол.
А мне не нужно оборачиваться. Я знаю кто там.
