Из открытых люков и контейнеров на японские самолеты полетел град крупных фугасно-осколочных и мелких осколочных бомб. Впереди и слева по курсу, со всех сторон стали видны разрывы зенитных снарядов. Стреляли зенитки всех калибров со всех кораблей, в том числе и «невоюющих» стран: английских, французских, итальянских, американских.
И вдруг я увидел, как на самолете ведущего резко «запарил» правый мотор. Вероятно, пробит радиатор и вытекает вода — значит, скоро заклинит мотор. Я подошел на уровне крыла к ведущему, покачиванием крыльев стараясь привлечь его внимание.
Ведущий уже заметил опасность, стал осматривать оба мотора, приборную доску в кабине и наконец принял решение — он начал покачивать самолет с крыла на крыло и резко ушел вниз под мой самолет. Это означало, что мне следует принять командование группой.
Увеличив скорость, я дал команду: «Следуй за мной!»
Пролетев аэродром, развернул СБ в сторону от города и на обратный курс, осмотрел строй своих самолетов. Из последней группы, догоняя меня со снижением, неслась охваченная пламенем машина.
Самолет летчика Вдовина. Воздушный стрелок Костин пытался вырваться из огня. Вот он уже на борту кабины. Мелькнул вытяжной парашютик, за ним основной — и повис на хвосте самолета. Через мгновение купол парашюта сгорел. Боевой экипаж — летчик Вдовин, воздушный стрелок-техник Костин и штурман Фролов — три русских парня погибли, отдав свои жизни в борьбе за свободу и счастье китайского народа.
На обратном пути мы тщетно пытались найти место посадки самолета нашего командира Ф.
П. Полынина.
Я благополучно привел группу на аэродром Ханькоу.
Трагическая гибель экипажа Вдовина и неизвестная судьба экипажа Полынина омрачили большой успех нашего бомбардировочного удара по японским самолетам на аэродроме Нанкина.
После ужина, еще не остывшие от напряжения и боевого азарта, мы с другими летчиками вышли в город. На центральной улице, запруженной огромной ликующей толпой, демонстрация. У всех в руках транспаранты с крупными иероглифами, фонарики, всевозможные бумажные звери, рыбы, маски и огромные, до 30 м, светящиеся драконы, поднятые на шестах над головами демонстрантов.
Драконы плыли над толпой, извиваясь длинными телами, как живые. Демонстранты восторженно поднимали руки вверх и выкрикивали непонятные нам лозунги.
Подошедший переводчик Ван Си на вопрос о причине праздничной демонстрации, да еще ночью, сказал:"
"— Большая победа! Китайская авиация разбомбила японцев на аэродроме Нанкина.
