По словам служанки покойной, в прошлое воскресенье после церковной службы вы сообщили мисс Тидер нечто такое, что огорчило ее. Вернувшись домой, она почти сразу написала своему кузену, мистеру Уиньярду, и назначила ему встречу, чтобы обсудить его миссионерское служение. Я хотел бы знать, не о нем ли вы говорили.
– Да, инспектор. Я просто пересказал мисс Тидер то, что слышал о ее родственнике и его образе жизни. Видите ли, недавно он выступал здесь с лекциями – в Эвингдоне, например, его речь собрала полный зал.
Уиньярд заставляет людей думать, будто он сам апостол Павел южных морей, а в действительности, насколько я понимаю, он лишь торговый агент.
– Как вы об этом узнали?"
"– К несчастью для мистера Уиньярда, один мой знакомый, в прошлом – кассир лондонского банка, а теперь глава англо-австралийского представительства Саут-Си-банка в Пандалу, оказался в Эвингдоне, когда там проходили лекции, и посетил одну из них. Представьте его изумление, когда мистер Уиньярд, которого он отлично знает, поднялся на кафедру и разразился пространной речью, вернее – принялся плести небылицы, весьма далекие от реальности.
Моссли, так зовут моего приятеля, оказался перед выбором: немедленно уйти или объявить старого Уиньярда мошенником. Будучи человеком застенчивым, он выбрал первое. Позднее Моссли только порадовался этому – у него хорошее чувство юмора, он посмеялся над историей с Уиньярдом, когда остыл. Я случайно встретил его в Эвингдоне, и он мимоходом рассказал мне ее.
– Вы сочли себя обязанным сообщить об этом мисс Тидер?
– Нет. Мы просто шли к дороге после службы и беседовали по пути. Мисс Тидер упомянула, что Уиньярд отправился с лекциями в турне по другому району. Тут я взял да и выложил историю Моссли: даже сообразить не успел, что сболтнул лишнее. Мисс Тидер минуту не могла опомниться – так огорчилась, – затем захотела пройтись до моего дома и услышать полный отчет. Я попытался осторожно сгладить острые углы, увидев, как сильно она расстроена.
Похоже, мисс Тидер свято верила в миссионерское служение Уиньярда и в своем завещании отписала ему солидную сумму на это благое дело – хотела поддержать «труды всей его жизни». Да, скажу я вам, когда мы с ней расстались, она была очень взволнована.
Литтлджон посмотрел в лицо Лорримеру и встретил невинный, простодушный взгляд. Пусть Уиньярд и виноват, подумал инспектор, но умышленно доносить на него – подлая проделка.
