— Отец расщедрился и предложил твоей матери переехать в наш дом, — то, что он стоит позади меня, уже нет никаких сомнений, его горячее дыхание обжигает мое ухо, от чего я резко дергаюсь и впечатываюсь в его живот своей спиной.
— Сомневаюсь, что ты их поздравил с такой новостью, — огрызаюсь на его слова, хотя нужно было молчать. Но я не могу сейчас себя контролировать.
— Я и так был слишком добр, когда предложил отвезти тебя в универ на нашей машине с личным водителем. На поздравления меня уже не хватило.
— Какой же ты добрый, — бью его локтем в живот и тут же резко разворачиваюсь к парню лицом, — не забыл упомянуть в каком времени я уехала домой и с кем была. Да ты прямо добряк, Ахметов.
— Примеряю на себя роль старшего брата. Беспокоюсь о младшей сестренке, чтобы ее никто не обидел. И чтобы она вовремя приходила домой. Решил показать тебе насколько я умею быть заботливым.
Его слова заставляют меня скривиться.
— Даже если наши родители поженятся, я никогда, слышишь, никогда не буду тебе сестрой!
Кричу ему в лицо, и сама не замечаю, как сокращаю между нами расстояние.
Настолько охвачена гневом, что не обращаю внимание на то, как блестят глаза Ника. Как он на меня смотрит и пожирает своим взглядом.
— С этим я полностью согласен! — рычит и тут же схватив меня за руку впечатывает в себя, обжигая мои губы своим дыханием.
Я хватаю ртом воздух. Кажется, что еще немного и легкие просто сгорят от нехватки кислорода. Они полыхают сейчас так, что я начинаю верить в то, что вообще способна дышать огнем.
— Никогда больше не смей влазить в мою личную жизнь, Ахметов! Ты мне никто, слышишь?! Никто, чтобы позволять себе подобное!
Шиплю ему в лицо и понимаю, что мне пора остановиться. Пора закрыть рот и отдать ему чертову кофту. Пускай валит с ней на все четыре стороны. Но я упрямо продолжаю накликать на себя беду.
Не умею я себя контролировать в подобных ситуациях. Слишком эмоциональная. Слишком он меня бесит. Все сейчас слишком!
— Ты первая влезла в мою жизнь, — цедит сквозь зубы, а я делаю шаг назад.
Пользуюсь случаем, когда его рука наконец отпускает мою.
Мы стоим друг напротив друга и часто дышим, прожигая друг друга взглядом. Каждый хочет сказать многое и ни один не начинает первым.
Эту неловкую паузу нарушает звонок моего телефона. Громкая музыка, которая заставляет Ника скривиться, а меня снова испытать чувство вины. Тами как будто чувствует, когда мне нужно звонить.
