— Осторожней со своими деланиями, Коротышка, — перехватывает меня в тот момент, когда я пытаюсь выбежать из лифта, который наконец-то приехал на первый этаж и шепчет мне на ухо. Если до этого у меня красные были только щеки, то теперь я покраснела от кончиков ушей и до самих пяток.
— Отвали! — Вырываю свою руку и все-таки лечу вперед, но как бы быстро я ни неслась, Ник все равно идет следом и не отстает ни на секунду.
— Надеюсь ты не хочешь устраивать представление для всех находящихся на улице? — Несётся мне в спину, что заставляет меня притормозить.
— Какое представление?
— Если сама не сядешь в машину, то мне придется тебя в нее запихнуть, выбор остается за тобой, — он усмехается, — ты, кажется, этого хотела? Чтобы дал тебе право выбирать?
Козел! Козел! Кооооозел! Так и хочется орать это в голос! Но количество людей на улице останавливает меня. Я так еще и доорусь, что мне санитаров из психушки вызовут, а козлина Ахметов еще и с этого посмеется.
Ник подходит к своей машине и развернувшись опирается об нее бедрами, показывая этим, что ждет моего решения.
Я уже вижу, как на нас начинают с любопытством посматривать люди. Особенно компания девушек, которая при этом даже не скрывает того, что потешается надо мной. Они работают в этом офисе? Да? Я тут для всех что ли в роли клоуна?!
Не знаю, что на меня находит, но в следующую секунду, я расправляю плечи и растянув губы в улыбке, медленно направляюсь к автомобилю Ахметова. Что-то мне подсказывает, что стоит мне сесть в его машину, как шайка куриц, которая сейчас надо мной ржет, подожмет свои перекаченные губы.
Потому что я по их взглядам вижу, что каждая бы визжала от удовольствия, если бы Ник предложил отвезти домой кого-то из них.
Останавливаюсь со стороны пассажирского сидения и перевожу взгляд на Ахметова, который с любопытством за всем этим наблюдает.
— Мне долго ждать? — Забираю голову выше и смотрю парню в глаза, они у него прямо искрятся весельем.
Я жду от Ника какой-то колкости в ответ, но он лишь отрывает свой зад от машины и подходит ко мне, открывает дверцу, от чего мои глаза моментально увеличиваются в размере.
— Так и напрашиваешься на порку, Коротышка, — шепчет мне на ухо в тот момент, когда я уже хочу забраться на сидение. От его хриплого шепота на коже тут же появляются мурашки и дыхание перехватывает. Желание ехать домой пропадет молниеносно.
Сердце отбивает чечетку, а руки как на зло начинают подрагивать.
