Собрали по копейке — двести долларов, плюс — билет. И смех и грех.
Таня купила бутылку армянского коньяка, бутылку водки и банку черной икры. Ехала поездом — так дешевле. Лялька встречала ее на вокзале, домой поехали на метро. Пригород Парижа — чистый и тихий. Зашли в магазинчик. Лялька долго выбирала продукты — изучала ценники, искала скидки. Колбасы купила шесть тонко нарезанных кусочков. Таня вздохнула и поняла: дела хреновые. Но все равно — это был Париж! И Лялька в этом самом Париже!"
"Трепались до полуночи. Ляльке назавтра нужно было на работу, но остановиться не могли.
Утром Таня встала под душ, потом Лялька ей смехом сказала:
– Душ — по минутам. Твои — десять минут. Счетчик, матушка!
Таня долго извинялась. Лялька, жуткая мерзлячка, включала на пятнадцать минут батарею и садилась на нее попой. Грелась. Включить батарею на целый вечер — непозволительная роскошь.
– Вспомнишь тут родину с центральным отоплением, — смеялась она.
По Парижу с Таней ходил Глеб — Лялька работала. В Лувр не пошли — пожалели денег на билеты.
Однажды выпили кофе с круассанами — позволили себе еще одну непозволительную роскошь. Но вечера были целиком их. Лялька, замученная до предела, мужественно крепилась. Таня гнала ее спать. В выходные поехали на «блошинку». Таня застревала у каждого прилавка. Купили жареные каштаны и сели на лавочку. Небо — без облачка, яркое, почти летнее, теплое солнце.
– Слушай! — вдруг сказала Таня. — Ну что я дрожу над этими копейками? Кому нужны мои дешевые подарки? Давай пойдем и все прогуляем? Твари мы дрожащие или право имеем?
Лялька с испугом посмотрела на нее.
– А каком смысле — прогуляем? — тихо спросила она.
– А в прямом! — бодро ответила Таня, поднялась со скамейки и стряхнула с плаща крошки скорлупок каштанов. — Короче. Веди меня в ресторан. Приличный. Ну, устрицы там, фуа-гра. Хорошее шампанское. Что мы с тобой, не заслужили, что ли?
Лялька осторожно поднялась со скамейки.
– Ну ладно, — угрожающе сказала она.
Взяли такси. Через минут двадцать подъехали к ресторану.
Роскошная вывеска — «Эспадон». Зашли. Шелк и бархат. Официанты в ливреях. Хрустальные люстры, вспыхивающие разноцветными брызгами.
– На цены смотри, — тихо и назидательно шепнула Лялька. — Здесь на твои бабки особо не разгуляешься, Рокфеллерша хренова.
Попробовали всего понемногу. Лялька была в курсе — когда-то ходила туда с Этьеном. Денег, по счастью, хватило, копеечка в копеечку. В общем, погуляли.
Вышли на улицу.
– Давай пройдемся, — сказала Таня.
