"
"Одним экипажем с одеждой наш «парадный выезд», как скептически прозвал Норт длиннющую гусеницу из сопровождающих, не ограничился. Со мной ехали уцелевшие в битве при Вершках - такое название я придумала побоищу в таверне - маги. Был и отряд моей собственной охраны - оказалось, у меня водится и такая, она упорно тренируется и получает жалование. Я даже обзавелась начальником охраны - зверского вида детиной в татуировках и с бородой-лопатой. Его звали Эйрих Штратт, и стоило нам познакомиться, как он стал сразу же настаивать на обучении леди Гард владению кинжалом для самообороны.
Я вначале забуксовала, но Норт посчитал Эйриха вполне приятным малым и внес эти уроки в мое и так насыщенное расписание.
К тому же в Ализею со мной отправились две служанки. Теперь они тряслись во втором экипаже, когда я, уже привыкшая к седлу, предпочитала ехать верхом. Провожающих тоже собралось прилично - пришли почти все обитатели замка, да и арендаторы подтянулись, не поленившись встать в столь ранний час.
Люди махали и желали мне удачного пути и обязательной победы на Отборе.
Норт Делгайр, пребывающий второй день в скверном расположении духа, на это лишь скептически хмыкал. Я же как ни в чем не бывало ехала рядом с ним и улыбалась тем, кого знала, и тем, кого не знала, удивляясь людской любви, которая, казалось, напитывала все еще прохладный и пахнущий недавним дождем воздух.
Похоже, местные уважали моего отца, хотя почти не видели, после чего дружно ненавидели Гитте Персена.
Теперь же приняли меня как свою хозяйку и были вполне довольны этим фактом. Вернее, тем, что вернулся прежний управляющий, а с ним и старые, всех устраивающие порядки.
И что жизнь снова входила в привычное русло.
Вот и мы снова тряслись по той самой дороге, на которой я столкнулась с Нортом Делгайром чуть больше десяти дней назад. И я глазела по сторонам, рассматривая серые, умытые дождем скалы, в трещинах которых упорно цеплялись за жизнь невысокие деревца и колючие кустарники, и совсем немного косилась на недовольного архимага.
Размышляла, что с ним не так.
Собственно говоря, затянувшаяся вспышка дурного настроения началась с того самого разговора, когда я сказала, что собираюсь поехать на Королевский Отбор, несмотря на терзавшую столицу смертельную болезнь.
Неужели Норт переживал за меня?..
