Бросится к нему, размахивая веслом, не вариант. Запутаюсь в широком подоле платья, некрасиво смотреться будет. И шляпка может слететь.
И.... Как бы не покалечить, если всё же дотянусь и долбану веслом. Папа прав, весло слишком тяжелое.
Праведный гнев, вдруг как- то подостыл, словно на раскаленные угли ведерко воды плеснули. Ледяной. Из колодца.
Можно конечно, пойти в разнос, без применения физического насилия. Клич боевой издать для острастки. Хотя нет, нельзя, мешает банальная причина.
Кличем, больше своих перепугаю.
До полусмерти. Подумают спросонья, что на нас какие-нибудь печенеги напали. И половцы.
В общем, столкнулась с рядом затруднений.
Папа еще, отвлекает, из-за спины вмешивается.
- Алин. Рыжий парень спрашивал: в чем он провинился? Ты не ответила. Это не вежливо, надо бы разъяснить человеку, за что на него весло нацелили."
"- Спасибо. Я так понимаю, вы отец Алины? Я, Глеб Мещерский. - благодарно изрекает рыжий. Продолжает держать руки, поднятыми вверх.
Беззащитный такой, как его веслом- то?
Тьфу.
Лезет же, в голову всякая чушь! Ничего беззащитного. Прикидывается!
- Папа Кузьмин. Тесть Кузьмин. Гипотетический. - радостно откликается мой родитель. Шутник. Шутки шутит.
Нечего тут, со всякими симатичны... Тьфу. Всякими рыжими мордами, шутить!
- В чем провинился, спрашиваете? Обозвал неадекватами. Письменно. Всех, включая меня! - процедила, воинственно задрав подбородок.
- Нее, сразу всех, это чересчур. Имеются и вполне адекватные индивидуумы. Я, например. А вообще, недаром же говорится: ""Идеальных людей не существует, просто найдите такого же сумасшедшего, как вы сами и остановитесь"" - выдал папа.
Вполне добродушно.
- Все маме расскажу, - пообещала я.
Мещерский, руки опустил, надоело поднятыми держать. А лицо у него, с виду стало еще изумленнее.
- Я не понял, Алин, ты о чем?
Дурачка включил.
Презрительно прищуриваюсь. Цитирую:
""Не приеду, нет времени на всякую хрень. И желания нет, вообще никакого, лицезреть сборище неадекватов. Включая тебя!""
У Мещерского, глаза на пол лица округлились.
Будто бы, изумление из крайней степени тяжести, перешло в клиническую. Говорю же, артист.
- Что за....- в карман серых джинс полез. Айфон свой вытащил.
На экран вылупился, пальцем водит. Ищет чего-то. Похоже, нашел.
- Твою мать... Мать твою... Как так... Как получилось? - бормочет, потрясенно.
- Алин. - шагает ко мне, невзирая на весло, по-прежнему угрожающе нацеленное. Правда, угрожаю, уже больше как-то для вида....
